В коридоре появился Леонид бутылкой пива.
Которую сразу завел за спину.
-Здрасьте.
Его смущение тоже отчетливо считывалось. Он поспешно одернул футболку.
-Привет. — Тоня подняла кверху руку.
Странные дела творились. Честное слово. Это же те молодчики, которые считались едва ли
не грозой универа. О которых слагали легенды и за чьими спинами перешептывались. Они
много что уже повидали за свои двадцать с хвостиком,
Они защищали ее. Оберегали. Дали всем понять, что она под их покровительством. И это
было нереально круто.
Но, увидев на своей территории девушку друга, стушевались.
За Леонидом последовали и другие
-0-0-0-0..
-Привет.
Парни вывались гурьбой. А главное — все такие красивые, здоровенные.
Домашние.
- А у нас картошка жареная, - немного растерянно отозвался Андрей.
-Будете?
-Будем, — за обоих ответил Богдан, утягивая ее на кухню
Тоня только успевала вертеть головой
Что говорят про холостяцкие берлоги? Что в них царит бедлам? Ничего подобного! Она ни
одного брошенного носка не увидела. А в доме, на минуточку, проживало пять взрослых
парней.
-А овощи есть? Давайте я салат сделаю.
Предложила Тоня, желая внести лепту в общий вклад.
-Серьезно?
-Сделаешь?
Парни как-то разом подорвались и ринулись к холодильнику.
-Ты на кой достал крабовые палочки?
-А они не нужны? — Леня помахал пачкой в воздухе
-Можно вприкуску с картошкой, у нас так Кнопка делает, - поддержала Николая Тоня
-0-о, если мелкая так делает, то тут беспроигрышный вариант.
***
-Комнату мою показать?
-Давай.
Тоня старалась не думать, как четыре пары глаз провожают их на второй этаж. При этом
она точно знала, что ни в одних не было ни иронии, ни насмешки.
Была доброта.
И ни единого сомнения. Тоня и подумать не могла, что такое бывает. Это же «армейские»
Матерые «волки», как шептались за их спинами.
И тут такое..
А как Андрюха радовался, когда она сказала, что картошка у него вышла, как у ее мамы. Это стоило видеть.
— У вас красивый дом, - сказала она, чтобы занять небольшую паузу, пока они поднимались
по лестнице.
Она впервые была в двухэтажном доме.
Мы еще никак не привыкнем. Всю жизнь кое-как и кое-где, а тут такие хоромы.
И чтобы пятеро мужчин под одной крышей. Это нонсенс.
Богдан пожал плечами.
— Нам комфортно. А потом.. посмотрим, как пойдет
Он распахнул третью дверь от лестницы и включил свет.
Большая кровать. Идеально заправленная. По-военному. Прикроватная тумбочка
заваленная книгами и распечатанными конспектами. Значит, учится Богдан. Жирный плюст ему в карму.
Да и в целом.. Нет у него минусов
-Целых четырнадцать метров. — Богдан встал за ее спиной.
- И все мои. Представляешь?
-Представляю.
Отчего-то в горле встал ком. Тоня попыталась его сглотнуть — тщетно.
Между ней и Богданом много что уже было. И много чего не было.
Откровений, разговоров. Воспоминаний из детства, которыми обязательно хочется
поделиться. Рассказать. Признаться в каких-то нелепостях.
- Про твоего отца, наверное, пока не стоит спрашивать.. Да, Богдан?
Он обнял ее сзади, и она с готовностью откинулась на его спину.
-Да почему. Спрашивай. Только я толком все равно сам еще ничего не знаю. Он как-то
обмолвился, что родился я незапланированным. Мать залетела, на аборте он настаивать не стал. А у его отца — война.. Машину, где ехала мать и я, взорвали. Меня чудом спас водила.
Дмитрич, кстати. Я ему жизнью, оказывается, обязан.
Тоня прижала пальчики к губам. Перед глазами замелькала одна картинка за другой.
И где грудной ребенок на фоне горячей машины и мужчина, прижимающий его к себе.
Слезы навернулись на глаза, и она быстро-быстро заморгала. Плакать сейчас точно не стоит.
-Чего он от меня, точнее, от нас хочет - пока не ясно. Но я наблюдаю
Внезапно Богдан резко сменил положение. Развернул Тоню к себе и вздернул кверху. Она
вскрикнула и тотчас с готовностью обвила его за шею и за торс.
Как же хорошо, что они пришли в тепло, избавившись от верхней одежды.
И теперь имели возможность трогать друг друга.
Богдан вместе с ней прошагал до широкого подоконника и усадил ее на него. Тоня и не
думала сопротивляться. А также она не думала расцеплять руки на мужской шее.
Они дышали в унисон. Он и она
Замолчали на несколько минут, наслаждаясь моментом. Тоня ласково перебирала
пальчики, трогая теплую кожу Богдана.
Его пальцы пошли дальше.
-Тебе можно? — Он дотронулся до ее промежности. Ему мешали теплые лосины,
Но он чувствовал ее формы. Как и она чувствовала его прикосновения.
-Понятия не имею, честно призналась Тоня, а у самой сердечная мышца сократилась в предвкушении.
Дыхание Богдана потяжелело, стало более глубоким.
-Нет, Рыжая. Не надо.. Потерплю еще денек
-Ах, то есть ты потерпишь? — Тоня пыталась шутливо возмутиться, скрывая за возмущением легкое разочарование.
Да-да, легкое разочарование.
-Потрогай меня, - внезапно попросила она. — Чуть-чуть.
Дважды повторять не пришлось. Лосины тотчас были спущены вниз.
— Я сейчас снова выругаюсь, — процедил Даров, касаясь ее трусов ребром ладони.
Он провел единожды, а Тоню молниями пробило. Ее смыло горячей волной. Унесло. По ногам прошлась слабость.