Мысль о жестоком обмане отравляет все внутренности, заставляет задыхаться и слезы литься. Лисе к этой мысли нужно было привыкнуть, реагировать не так болезненно, чтобы не выдать себя перед Логаном. И вот он перед ней, занес остро наточенный клинок, чтобы вонзить беспощадно. То, что у него в телефоне оказалась необходимая информация – удача и неудача одновременно. Лучше бы не было все так, лучше бы все было сложнее, чтобы требовало времени, чтобы Лиса могла оттянуть этот мерзкий момент. Но теперь она, словно змея, прокралась в его душу и начинает постепенно выедать ее составляющие.
Хочется отбросить этот телефон подальше и прижаться к Логану, хочется плакать, но вместо этого она слабо улыбается и бегает глазами по экрану, быстро тыкает по нему большим пальцем, листает. Логан, тем временем, уже добрался до тонкой ткани трусиков и уже пробирается под них. Лису это вмиг возвращает на землю. Сердце в груди рвется от желания и страха. Все чувства сплетаются воедино, сводя ее с ума.
– Здесь скрины моих фотографий из инстаграма, – негромко произносит она, пытаясь скрыть дрожь в голосе. В фотопленке фотографии тех, кого Лиса и так знает. Его друзья и брат, фото каких-то машин и деталей. Фотографии с Рианной. Немало. А еще, сохраненные фото Лисы, и это чертовски приятно. Внутри тепло разливается, оно вытесняет мерзкий холод, возвращает чувство наслаждения и непродолжительного, мимолетного счастья. – Смотришь на меня одинокими ночами? – ухмыляется она, закусывая губу и смотря на Логана.
– Ты меня раскрыла, – сдается он, улыбаясь уголком губ, и кладет руки на тонкую талию, оглаживая ее пальцами. – Видишь, там никаких шлюшек. Только одна красноволосая бестия, – его губы снова разъезжаются в ухмылке, после чего он выхватывает телефон из ее рук и отбрасывает его на пассажирское сидение.
Лиса шумно выдыхает от облегчения и кладет руки на плечи Логана. Она успела отослать себе необходимую информацию и стереть следы. Вот только облегчение это душит, делает больно, обжигает. Она бы с удовольствием упала в это море, ушла бы на дно, лишь бы никто ее больше не видел и не помнил.
– Я всегда знала, что ты мечтаешь обо мне, – шепчет она, наклонив голову к Логану и накрывая его губы. Если забыться, то только так, в глубоком поцелуе, в крепких руках.
Логан усмехается в поцелуй и засасывает нижнюю губу девушки, прикусывая. Руки тянутся к брителькам платья, спуская одну, затем вторую. Он скользит губами к медовой шее, покрывает ее короткими поцелуями и оставляет бутоны от своих поцелуев, кусает кожу на ключицах. Платье уже болтается на талии, а Логан аккуратно касается груди и специально задевает большим пальцем соски девушки. Лиса покрывается гусиной кожей от прохладного ветра, льнет к нему плотнее, подставляется под дурманящие поцелуи, сама тянется к футболке и стаскивает ее не без помощи. Припадает губами к чернильным узорам на шее, горячо выдыхая, когда Логан мнет пальцами ее ягодицы. Лиса приподнимается и расстегивает джинсы парня слегка дрожащими от прошибающего возбуждения пальцами. Горячая твердая плоть в руке истекает от желания, а она давится слюной, скопившейся во рту.
Логан вновь припадает к желанным губам, одновременно отодвигая трусики девушки. Она стонет в поцелуй, когда его пальцы оказываются на том самом месте.
– Логан… – скулит Лиса, нетерпеливо ерзая и вцепляясь ногтями в плечи парня.
– Сейчас, детка, – шепчет он, целуя ее в скулу и тянется к бардачку. Он быстро достает оттуда квадратик с презервативом и отрывает край зубами, открывая упаковку. – Сделай это, – хрипло командует он, протягивая резинку девушке.
Лиса лишь хмыкает и берет презерватив. Логан всегда готов. Хранит, наверное, в бардачке целые ленты контрацептивов, но это проверять Лиса не горит желанием. Она слегка отстраняется и раскатывает презерватив по всей длине члена, тут же вгрызаясь в его губы болезненным поцелуем. Кусает, не щадя, и получает в ответ не менее грубый поцелуй с привкусом сладкой крови. Не отрываясь от губ парня, она заводит руку за спину и обхватывает возбужденный член, направляя в себя головку. Она легко, проникает в нее. Шумно выдохнув, она насаживается глубже.
Ветер уносит стоны далеко, проносит над морем, мерцающим в солнечных лучах. Лиса плавно двигается на Логане, зарывается пальцами в его волосы на затылке и сжимает, тяжело дыша. Поясницей задевает руль агеры при каждом движении, разнося по салону тихий скрип. Логан скользит губами по ее груди, обводит кончиком языка сосок с покрасневшей и торчащий, слегка кусает ее и вновь облизывает, затем припадает к другому соску и посасывает, вырывая у нее очередной стон, так красиво сливающийся с шумом прибоя. Кожу там, где он оставляет влажные дорожки, приятно холодит, отчего по спине мурашки пробегают. Возбуждение достигает своей вершины, туманит разум и плавит тело изнутри. Лиса двигается быстрее, полностью приподнимается и насаживается вновь на всю длину.
