— Хоть Гуань Инь является богиней милосердия, олицетворяющей чистоту и божественное сострадание, — продолжает просвещать Юнну настоятельница, — но давным-давно ее изображали в мужском обличье. И вот почему. Есть Будда, который тоже выполняет в этом мире свои предназначения, воплощаясь в разных воплощениях. Гуань Инь и Будда это есть одно. Одна душа — множество воплощений. Понимаешь, Ю Чжин-ян?
Юна надолго задумывается, потом кивает.
— Поэтому, ты ошибаешься, — говорит настоятельница, — ищешь того, чего нет.
Юн Ми молчит, по-прежнему размышляя.
— Хорошо, — наконец говорит она, — пусть душа не имеет пола и я, потом, буду когда-то девушкой. Пусть. Но я точно уверена, что в этой жизни должна была воплотиться в мужском теле, а оказалась в женском! Что теперь мне делать, сонсен-ним?
Настоятельница качает головой.
— Ты очень молода, Ю Чжин-ян, — осуждающе говорит она, — задаешь такие непростые вопросы, а ведешь себя как ребенок, который не слушает, что ему говорят.
— Простите, но мне об этом сказала Гуань Инь! — не сдается Юна.
— На границе между жизнью и смертью, — говорит настоятельница имея в виду клиническую смерть Юны, — возможно получить знания или откровения, которые невозможно получить в этом мире. Но это лишние знания, ненужные знания, опасные знания. Как показывает мой опыт, еще ни одного человека они не сделали счастливее…
— Во многой мудрости много печали… — задумчиво произносит Юна.
Настоятельница кивает на это и продолжает говорить.
— …Лучше бы тебе было бы об этом забыть. Но раз ты говоришь, что тебе об этом сказала заступница, значит, так должно быть. Не знаю, для чего тебе приоткрыто это. Не в моих силах постичь смысл поступка владычицы. Возможно, это испытание, посланное тебе ею. Может, смысл его в том, чтобы ты сделала выбор? Вероятно, это будет трудный выбор. Для тебя трудный, если Гуань Инь посылает его тебе…
Настоятельница качает головой. Юна задумывается над ее словами.
— Я не знаю ответа на твой вопрос, — говорит ей настоятельница, — Единственно, могу дать совет. Никому не говори об этом. Ни про Гуань Инь, ни про твои вопросы. Люди не поймут.
Юн Ми согласно кивает, показывая, что понимает.
— За мою жизнь мне несколько раз задавали вопросы подобные твоим, — продолжает говорить настоятельница, — И я знаю, что жизнь этих людей была очень непростой. Если тебе будет совсем плохо, и некуда будет идти, можешь прийти сюда. В этих стенах ты найдешь убежище. Здесь есть место, где живут женщины, попавшие в разные сложные жизненные обстоятельства. Их никто ни о чем не спрашивает, но всегда готовы выслушать, если они захотят о чем-то рассказать. Мы даем им время укрыться от мира, передохнуть и собраться силами, чтобы снова выйти за стены храма, в большой мир…
— Спасибо, госпожа Сон Хё Ки, — склоняет голову Юна, — я запомню это.
— Ответ на свой вопрос ты должна найти сама, — подводя итог разговора, говорит настоятельница, — возможно, в этом и есть смысл твоего нынешнего воплощения. Хотя, может быть, это не так… А что за второй вопрос ты хотела задать?
— Он тоже непростой, — снова задумавшись, говорит Юна, — попробуйте представить, сонсен-ним, — что были люди, которых как-бы никогда не было… И после них осталось… скажем так, нечто. Если взять это нечто, это будет… воровство? Или нет? Ведь этих людей никогда не было?
Юна вопросительно смотрит на старую женщину, которая с недоуменным видом на лице пытается понять, что ей только что сказали.
— Как это — не было? — не понимает она, — раз не было, то, как от них могло что-то остаться?
— Ну, вот так, — уклончиво поясняет Юна отведя глаза и смотря в землю.
— Даже не знаю, что тебе сказать, — еще немного подумав, говорит настоятельница, — моего ума не хватает понять, как такое может быть. Реши этот вопрос тоже сама. Но когда будешь делать свои поступки, помни, что Гуань Инь олицетворяет вездесущую мать, смотрящую во всех направлениях одновременно, чувствующую страдания человечества и простирающую множество своих рук, чтобы облегчить их безграничными проявлениями ее милосердия. Если ты хочешь следовать заветом небесной владычицы — помогай людям, так же как бодхисатва, протягивай им руку помощи. Это будет правильно…
— Спасибо, сонсен-ним, — встав со скамейки и поклонившись, благодарит Юна, показывая, что вопросов у нее больше нет, — простите, что отняла у вас столько времени.
— Ничего, — кивает в ответ аджума, — думаю, в следующий раз ты более тщательно все обдумаешь…
Юна, не понимая, вопросительно смотрит на нее.
— У меня такое чувство, что мы с тобою еще встретимся, — улыбаясь, отвечает на ее незаданный вопрос настоятельница.
