Девочка перевела взгляд, куда он указал – это был небольшой свёрток из ткани, лежащий на столике.
– Вот! Взгляни! – он откинул края ткани.
Увидев предмет, что был в свёртке, Хиона глубоко вздохнула, а выдохнуть не смогла. От неожиданности, от восторга у неё перехватило дыхание. Глаза её распахнулись, а рот удивлённо округлился. Хозяин андрона, что-то говорил ей, но она ничего не слышала, отвести глаза от этого волшебного предмета, чтобы посмотреть на господина Идоменея, она была не в силах. Голос откуда-то издалека сказал ей:
– Бери её, она твоя!
И за спиной сердитый шёпот:
– Благодари господина. Целуй ему руку, целуй.
Наконец, она перевела взгляд на хозяина андрона, она ещё не совсем осознала, что ей подарили куклу, и это подарок могущественного господина Идоменея, которого она боялась и даже просила богов, чтобы он побыстрее уехал из Тритейлиона. Правда потом она просила, чтобы он её полюбил… И что же? Неужели её желание исполнилось?..
– Брадарю, господин.
Она наклонилась, чтобы поцеловать ему руку, но он не дал ей этого сделать, коснулся осторожно кончиками пальцев её щеки и сказал:
– Ты можешь играть с ней.
Движением, известным всем девочкам с рождения, она уложила куклу на согнутую руку, заботливо укрыв краем своей накидки и, бросив восхищённый взгляд на хозяина Тритейлиона, степенно проследовала к выходу. Галена молча шла за ней, кусая в ярости губы: «Да она маленькая ведьма! Даже господина смогла околдовать! Когда такое было, чтобы воровкам вместо кнута дарили подарки!»
В гинекее все бросили свои занятия, что полюбоваться на куклу, что подарил господин Идоменей Хионе.
– Это очень дорогая кукла, – сказала госпожа Федра, – этим подарком мой супруг высказал тебе своё расположение, Хиона, поэтому ты не должна огорчать его.
– Госпожа из чего сделана эта игрушка? Никогда не видела кукол из такого материала…
– Это слоновая кость, Клития, глаза у куклы из голубого стекла, а волосы похожи на настоящие, где-то девушка лишилась своих кудрей…
– Госпожа, её платье из шёлка?
– Да, эта ткань с Востока. Украшения тоже настоящие, из серебра.
Хиона, не дыша, слушала, как госпожа с Клитией обсуждали её куклу, она ловила каждое слово, и испытывала настоящую гордость, какую испытывает всякая мать, когда нахваливают её дитя.
– Хиона, милая, – обратилась Федра к девочке, – завтра я попрошу нашего плотника, чтобы он сделал для твоей красавицы кровать, креслице и сундучок, в котором ты сможешь хранить её наряды.
Девочка смотрела на свою госпожу влюблёнными глазами. Федра, улыбнувшись этой детской непосредственности, добавила:
– Тебе придётся научиться шить, моя девочка, чтобы твоя дочурка могла щеголять в новых платьях.
– Да, господжа! – просияла девочка, – Я хочу учить шить.
Прежде чем улечься в кровать, Хиона несколько раз осмотрела лежащую на краю ложа куклу, удобно ли ей, хорошо ли она укрыта. Клития наблюдая за своей подругой, наклонилась к ней и прошептала:
– Есть такой обычай, когда девушка перед бракосочетанием приносит на алтарь богини свои игрушки и прощается с детством. Когда-нибудь и тебе придётся отдать свою куклу одной из богинь, например, Афродите, и просить её о том, чтобы она даровала тебе с супругом взаимную любовь.
– Не-ет! – запротестовала девочка. – Я её никому не отдам! Она моя!
– Глупышка! – засмеялась Клития. – Настанет время, и тебе будет не до игрушек, возможно, твоё сердце станет игрушкой для кого-то, или ты будешь играть чьим-то… Как это страшно, когда не знаешь… не можешь узнать, что он думает о тебе, – уже печальным голосом закончила девушка.
– Клита, не грусти, – погладила подругу по волосам девочка, – хочешь я тебе дам поиграть с моей куклой? На, возьми её.
Хиона положила куклу между собой и Клитией.
– Нам хорошо спать с ней, да Клита?
– Ах, Хиона! – вздохнула девушка, кладя голову на подушку.
– Клита, я люблю тебя и господжу… и кухарку и её медовые пирожки, и Галену, когда она не ругается, и господина теперь немного люблю…
На последней фразе, сон сморил девочку и сладко зевнув она уснула. Клития долго глядела на спящую в обнимку с куклой Хиону, но думала о своём, о Нисифоре, который завтра, наверное, будет говорить с господином Идоменем. От волнения она никак не могла заснуть, и когда светильник погас, девушка так и осталась лежать с открытыми глазами. Только на рассвете сон одолел её.
Утром раньше всех проснулась Хиона, она помнила об обещании госпожи заказать мебель для её куклы и боялась пропустить момент, когда плотник придёт в гинекей. Ещё девочку занимала одна мысль, она помнила из разговоров госпожи и Клитии, что каждую декаду рабы приходят к хозяину Тритейлиона с прошениями, и сегодня как раз тот самый день… Хиона подумала, что неплохо бы ей воспользоваться этой возможностью и попросить господина о чём-нибудь… правда, она пока не знала о чём…
