— Джина, в сутках к моему сожалению всего 24 часа, — я бездумно смотрел в потолок после секса. Женщина не смогла ждать недель моего молчания и позвонила сама, под предлогом школьных дел, напомнив мне, что у меня есть небольшие обязательства в её сторону. С её точки зрения выходило, что нельзя было просто появиться в жизни женщины и тут же пропасть, я же придерживался иной позиции, поскольку всё это время был занят делом. Наш спор закончился в кровати, где мы сейчас и находились, в блаженном ничего неделании и то, только потому, что я выключил телефон. Она видела, что я на него посматриваю, так что в конце концов встала, потягиваясь и показывая мне свою упругую фигуру и принесла его сама.
Стоило нажать кнопку включения, как тут же посыпались smsо звонках, а также сообщения с вопросами.
— Мне точно осенью переходить к тебе? — поинтересовалась она, — ты не передумал?
— С чего бы это? — я удивлённо на неё посмотрел.
— Ну мало ли, — она пожала обнажёнными плечами, — я чувствую себя сейчас будто навязываюсь тебе. Обычно такое мне не свойственно.
— Не виню тебя в этом, поскольку я чертовски хорош, — ответил я с абсолютно спокойным лицом, на что она сначала недоумённо посмотрела на меня, затем фыркнула и бросила подушкой.
— Тихо! — я прижал палец к губам выбирая последний номер из пропущенных.
— Да, Кёкэ-сан, слушаю вас.
— Господин Реми, всё готово, я отобрал парней, нужно только ваше разрешение и деньги.
— И офис, — задумчиво ответил я, — надо наконец решить вопрос с клановой землёй.
— Да, я весьма удивился тому, когда оказалось, что у «Arasaka» нет здания или хотя бы офиса, — согласился он.
— Я планировал его сделать на купленной земле, но Накай Тайра видимо сильно обиделся на последний наш разговор с ним, теперь всё, что касается официальных бумаг и запросов крайне усложнилось, даже деньги они принимают теперь крайне неохотно от всех, кто связан со мной.
Он задумался.
— Ну здесь только один вариант господин Реми, нужно им также усложнить жизнь, — сказала он, — у меня есть пара идей, но не по телефону.
— Вы сейчас где Кёкэ-сан? — поинтересовался я.
— У себя, и если ты приедешь, буду крайне рад поговорить без лишних ушей, — тут же ответил он.
— Попросите слуг приготовить еды на трёх голодных людей, я выезжаю, — попросил я.
— Жду, — кратко ответил он, отбиваясь.
— Ты и директора охмурил? — улыбнулась Джина, опускаясь передо мной на колени, — я начинаю ревновать.
— Что с личными делами учеников? — поинтересовался я у неё в ответ.
— Я придумала возможность, — гордо сказала она, — до лета успею её реализовать, и ты получишь желаемое.
— Отлично, мне пора ехать, — я поднялся с места, погладив её по голове. От женщины сразу повеяло грустью, смешав привычное для меня ощущения всё более усиливающихся чувств влюблённости и покорности.
— Когда я тебя увижу? — она умоляюще посмотрела на меня.
— Не хочу тебя обманывать, я не знаю. Слишком много дел, — я покачал головой.
— Хорошо, я буду ждать, — смирно ответила она, вставая и облачаясь в халат, — пойдём я провожу тебя.
Одевшись и поцеловав её на прощание, я захватил с соседнего номера телохранителей, и отправился на новое место для себя — на территорию клана Фудзивара.
Первое, что сразу бросилось в глаза — огромная полоса препятствий, начинающаяся прямо от ворот, а также большое количество бегающих строем людей, разного возраста. Такое я в Японии видел впервые. Меня и правда ждали, поскольку подъехал автомобиль и показал ехать за ним, что мы и сделали, обозревая, что кругом всё походит на огромный военный лагерь, подобие того, что Диего устроил на разрушенной фабрике.
— Да уж, — присвистнул Жан, тоже осматривая всё кругом, — с ума сойти, целый клан вояк, тренирующихся с детства.
— Странно тогда, почему они не у дел, — справедливо заметила Валери поворачиваясь ко мне, — японцы же с русскими постоянно конфликтуют?
— Больших войн нет вот уже пять лет, — я пожал плечами, — а на локальные конфликты или клановые разборки слишком дорого привлекать элиту. Они оказались заложниками своей подготовки, став лучшими, а потому высокооплачиваемыми. Снижать цену — значит обесценить всё то, чем они занимались десятилетиями.
Оба француза переглянулись, а мы доехали до привычного одноэтажного дома, со знакомыми мне деревянными дорожками вдоль пруда и посыпанной белым щебнем полянки. Встречал меня директор, позади которого не было даже слуг. Да их тут я в принципе что-то не видел, что ещё больше навивало на определённые мысли.
Выйдя из машины, я пошёл к нему, чувствуя, как доски прогибаются под весом моих телохранителей, шедших сзади.
— Добрый день Кёкэ-сан, — поздоровался я со старшим, чем я человеком, но не забывая про свой статус.
— Приветствую вас у себя, господин Реми, — чуть поклонился мне он, — идём в дом?
— Чувствую себя неловко оттого, что сказал вам про еду, — я зашагал рядом с ним, — почему-то не увидел нигде слуг у вас.
— Нам они не нужны, — улыбнулся он, — дети правильно организованы с детства, и большинство повседневной работы делают они, а также те, кто не нашёл в себе сил стать военным.
