— Это я виноват, — вмешался когтистый. — Попросил Ленора потренироваться со мной. У него меньше проблем с контролем, и мы решили…
— Почему ночью? — перебил я. — Вам дня мало?
— Чтобы не видели.
Нашли чего стыдиться. Хотя в какой-то степени понимал их. Я бы тоже не стал выставлять на показ свои слабости.
— А в комнате или зале потренироваться нельзя? Ночью там тоже никого нет.
— Так разнести можем, — виновато понурились беглецы.
— Ладно, — махнул я рукой. — И когда вы отправились на тренировку?
— Около полуночи, — ответил Ленор.
Значит, не Дени. Уже легче. А с другой стороны — сложнее. Кто тогда?
— Что-то случилось? — нахмурился Даниэль.
— На третьем этаже напали на студентку, — решил сказать правду. — По описанию кто-то, похожий на тебя. Но раз вы тренировались, вопросов нет. На первый раз прощаю. Только чтобы больше такого не было. Если вам куда-то надо, предупреждайте, мы решим проблему.
— Спасибо, — пробормотали парни. — А теперь можно нам вернуться в комнату?
— Идем, — вздохнул я.
Вот только дверь, пропустившая меня, в упор отказывалась разрешить войти студентам. Пришлось свешивать простыни обратно и помогать горемыкам забраться в окно. На сон оставалось всего три часа, и я, еще раз выслушав сбивчивые извинения, пошел к себе. Не раздеваясь, плюхнулся на кровать — и заснул, едва голова коснулась подушки.
Зато утром будильнику снова пришлось летать по комнате. Надо найти способ уничтожить эту мерзость. Вот придут выходные, обязательно этим займусь. В самом гадком расположении духа я отправился в академию и два часа распинался об особенностях и важности стратегии. Сухие факты, не более того. Которые вряд ли пригодятся студентам. Не давала покоя тренировка Ленора и Дени. Не нужна им стратегия! А нужно учиться контролировать себя. Хотя самоконтроль — это тоже часть стратегии. Так почему бы…
Непривычные мысли. Похоже, я слишком вжился в роль профессора и начал думать, как он. Например, о том, что программа академии несовершенна и не мешало бы на базе скучной теории создать возможности для практики. Когда я сбежал из дома и попал в балаганчик, не сразу очутился на сцене. Сначала выполнял подручную работу. Помогал с декорациями, костюмами. Мне хотелось играть, но было слишком страшно. Тогда хозяин балаганчика поступил со мной подло. Поручил аккуратно подать веер актрисе на подмостках. Но стоило мне подойти ближе — вытолкнул на сцену. Пришлось выкручиваться, импровизировать, играть. С того дня я стал одним из ведущих актеров балаганчика и ни разу не пожалел, что так произошло. Вот и этим ребятам мало пространственных рассказов о тактиках боя. Нужна практика. Неожиданная, внезапная.
— Профессор Кроун?
Кажется, так увлекся раздумьями, что перестал диктовать лекцию и уже несколько минут пялился в пустоту.
— Извините, — пробормотал я и продолжил диктовку, но идея никак не желала отступать на второй план. Что ж, попытка — не пытка. Надо все продумать. Глядишь, что-то и получится.
После второй пары меня вызвала к себе Айдора. Я подозревал, что по поводу вчерашнего, поэтому шел к ней спокойно. Деканша восседала в кресле с удрученным видом.
— Альбертинад, — всплеснула она руками при моем появлении, — а вот и вы!
— А вот и я, — не ожидал подобных эмоций.
— Аль, я со вчерашнего вечера не сомкнула глаз, — кинулась ко мне Айдора. — Неужели кто-то со второго этажа напугал несчастную Виру? Это так ужасно!
— Мои здесь ни при чем, — поспешил уверить деканшу. — Ленор и Дени весь вечер занимались, я к ним заглядывал. У Джема вряд ли есть когти — у него что-то с глазами. Двойняшки горят по поводу и без. И вообще, девчонок исключаем сразу.
— Да, да, конечно, — закивала Айдора. — В группе Эйны тоже только у одного студента есть когти, и он вне подозрений. Но кто-то же напугал бедняжку. Что нам делать?
— Предлагаю подождать, — ответил я. — Надо дать преступнику почувствовать свою безнаказанность. И тогда он проявит себя снова. А мы будем к этому готовы.
— Но кто-то может пострадать, — сопротивлялась Айдора.
— Тем не менее Вира цела. Ни царапины. Выждем до следующей недели. Впереди выходные, слишком много глаз будет вокруг. А вот в учебные дни студенты корпят над книгами, преподаватели — над лекциями. Тут-то мы и поймаем негодяя на месте.
— А как мы узнаем, когда он нападет? — понизила голос Айдора и придвинулась ко мне.
— Следилки. — Люблю эти незаметные маячки. Сам с помощью такого поймал артиста, ворующего деньги из кассы. — Они маякнут, если что-то пойдет не так. Мы узнаем, кто нападает на студентов.
— И устроим засаду? — Глаза деканши запылали от детского восторга.
— Именно, — кивнул я.
