Ужин, достаточно скромный, все равно не переставал меня радовать после питания в балаганчике. Поэтому какое-то время мы ели молча, воздавая должное паштету из печени, овощному салату и котлетам. На десерт подали желе и маленькие пирожные. Элена ловко подхватывала их десертной вилочкой и отправляла в рот.
— А тут мило, — первой заговорила она, когда закончились пирожные. — Не так, как в Меремской академии, но и не хуже. Учитывая, как быстро построили это учебное заведение и его специфику.
— Не думал, что тебя потянет преподавать, — таким же скучающим тоном подхватил я. — Наоборот, был уверен, что ты уже замужем и воспитываешь минимум пять детей.
При упоминании о браке лицо Элены омрачилось, но она быстро взяла себя в руки.
— Не встретила своего человека, — натянуто улыбнулась она.
Э, нет, сестренка! Меня не обманешь. Скрываешь что-то? Дело твое. Может, любовник бросил? Или милый женился на другой?
— Тебя уж и подавно не ожидала увидеть в академии. — Сестрица маленькими глотками пила цитрусовый чай. — Особенно учитывая, что права на мантию у тебя нет.
— Мы не виделись восемь лет. Достаточно, чтобы его получить.
— Не ври. — Ее чашечка со звоном опустилась на стол. — По глазам вижу — лжешь.
Кто из нас. Прошли те времена, когда Элена могла подловить меня на лжи. Недаром я столько лет был комедиантом.
— Следи за собой, — откинулся я на спинку кресла. — Ты настаивала на разговоре. Слушаю тебя.
— Просто было интересно, каким ты стал. — Элена долила в чашку чая, снова принимая невозмутимый вид. — Мы думали, ты попал в беду, связался с дурной компанией, погиб. Столько версий. А ты ведешь размеренную жизнь в академии. Не скучно, Ал?
— Нет, — качнул головой. — А тебе?
Чашка снова звякнула о стол.
— Хватит! — взревела Элена. — Тьма тебя побери, Аланел! Ты кем себя возомнил? Гением магии? Так вот, напоминаю, братишка, что способности у тебя — ниже среднего. Не знаю, зачем нужен этот фарс, но рано или поздно тебя выведут на чистую воду. Что тогда? Покроешь наше имя еще большим позором?
— Еще большим? — Я не сдержался и подскочил. — И чем это я вас опозорил? Тем, что не пожелал жить по затхлым правилам аристократии Мерема? Да меня тошнит от такой жизни! Слышишь? Тошнит! Можешь так и написать родителям. Если они еще помнят, что где-то у них есть сын. Я не вернусь туда. Хватит уже жить по чужим правилам. Надо устанавливать свои. Меня устраивает эта академия. Как только она перестанет меня устраивать, я снова исчезну. Потому что хочу жить свободно. А не так, как ты.
— И в чем же я не свободна? — Глаза сестрицы метали молнии.
— Во всем. Только иллюзия выбора. А на самом деле: учеба, брак, дети. Или учеба, работа, брак, дети. Точка. Что другое ты видела, кроме своего Мерема, вялых балов и натянутых гримас вежливости?
— Многое, — нахмурилась Элена.
— Не верю. Ты не изменилась. Та же заумная девица с надутым самомнением. Корону сними, тебе не идет.
Запас слов иссяк. Я упал в кресло и нервно комкал салфетку. Элена стояла, точно мраморная статуя. По ее лицу нельзя было понять, о чем она думает. А я хотел, чтобы она ушла и оставила меня в покое. Моего прошлого больше нет. Так к чему ворошить то, что давно отжило и отболело?
— Ты не прав, — вздохнула Элена и пошла к двери.
Я ее не останавливал, не переубеждал. Это было глупо и бессмысленно. Как и весь наш разговор. Но я готов был сделать все, чтобы она уехала. Так же, как и Эйна. Подумаешь, одним профессором больше, одним — меньше. Усталость навалилась камнем. Не помню, как добрался до кровати. До самого рассвета сверлил взглядом потолок. Слушал, как невидимые слуги убирают остатки ужина. В голове царила пустота. Все было давно передумано и пережито. Оставлено в глубоком прошлом. И возвращаться назад не хотелось, потому что это не принесет ничего, кроме боли.
Зато план действий начинал вырисовываться. Нападать на Элену открыто? Глупо. Тем более сестрица поводов не давала и старалась вести себя достойно. Не только я повзрослел и научился держать удар. Без сомнения, Элена стала умнее — и опаснее. В детстве наши баталии были шуточными, обретя серьезный размах лишь незадолго до моего побега. Теперь же я не знал, чего ожидать. Водная магия Элены поражала воображение. Она могла как создавать прекрасное, так и лишать жизни и здоровья. Я всегда был реалистом. И теперь признавал, что мне не тягаться с Эленой. Иллюзии слабы. Зато они естественны и разглядеть их основу может только сильный иллюзионист.
Итак, прежде всего — не нападать первым. Понаблюдаю за Эленой. Буду милым и добрым. Рано или поздно она проявит себя. И тогда наступит мое время. Любая магия, даже самая сильная, зависит от внутреннего равновесия мага. Стоит выбить почву из-под ног — и прощай, сила. Прощай, контроль. Но в глубине души надеялся, что Элена решит не связываться. Она ведь знала, на что я способен, когда злюсь. Пару раз после наших ссор дома приходилось делать срочный ремонт. Боюсь, академия заставит оплатить расходы. И это ударит по моему карману.
