– И это еще не самое сложное, что там есть, – подлила масла в огонь его восторга и интереса я. – Но большего мой кейлор уже не вместит. Никак. Тем более с пояснениями и комментариями создателей.
– Я понял, – с явной неохотой отводя взгляд от проекции, кивнул мужчина. – Мы немедленно летим в ближайший город. Оставлю тебя там и…
– Ты оставишь ее здесь и сейчас. Или сам останешься.
Раздавшийся в зале жесткий, ледяной, но такой знакомый голос заставил меня вздрогнуть всем телом и резко обернуться. А затем буквально утонуть в шквале обрушившихся эмоций неверия, надежды и сумасшедшей, безудержной радости.
В зале мрачный, злющий как сотня демонов, стоял Айландир!
Его не могло здесь быть по множеству причин, но он был здесь! Он нашел меня! Каким-то невероятным, невозможным, удивительным образом он меня нашел!
– Кто еще останется, щенок, – презрительно бросил жизнетворец.
А потом они ударили. Разом, одновременно и совершенно неожиданно. Я и моргнуть не успела, как сумрачный зал озарила яркая вспышка, тотчас поглощенная изумрудной волной. Одновременно с моим перепуганным вскриком раздался жуткий грохот, а затем что-то вспыхнуло снова.
Пол под ногами содрогнулся. С потолка посыпалась каменная крошка, заставляя инстинктивно прикрыть голову руками и снова взвизгнуть.
– Ева, в сторону! – с трудом расслышала я сквозь звон в ушах.
Только теперь оцепенение спало, и я стрелой рванулась к спасительному зеркалу.
Порог пересекла, сопровождаемая грохотом и ядовито-зеленым заревом. И, дрожа, прижалась к холодной раме портала, пытаясь успокоиться.
Здесь я была в безопасности.
А там, за порогом, бились жизнетворец и Айландир, в полную силу и полные ненависти.
После первых ударов выражение превосходства с лица жизнетворца исчезло, оставив лишь сосредоточенность и ярость.
– Занятный щит, – процедил он. – Сам себе отсекаешь возможность спасения?
– Отсекаю тебе возможность использовать гнилые приемы, – отрезал Айландир.
Жизнетворец прищурился:
– Значит, Тлен уже узнал? Впрочем, неважно. Ты и так долго не продержишься. Если, конечно, не имеешь, как я, артефакт для восполнения личного резерва.
Судя по тому, как на миг сжались губы Айландира, я поняла, что это действительно проблема.
Чтобы пробить защиту опытного мага, Айландиру нужны были все силы, а он много тратил на какую-то, видимо, серьезную, специфическую защиту. И восполнить их возможности у него, в отличие от жизнетворца, не было.
«А ты просто стоишь здесь и ничего не делаешь! Неужели так и будешь смотреть, как его будут убивать, вместо того, чтобы попытаться поставить защиту?! Какая ты после этого Стужа?!»
Мысленная оплеуха пробилась сквозь страх и заставила судорожно, до боли сжать пальцы.
Я действительно не могу, не имею права отсиживаться здесь! Но смогу ли я справиться? Получится ли у меня выставить щит?
Должно получиться! Ради Айла должно!
Рывком, не оставляя себе времени на дальнейшие раздумья, я выскочила из зеркала, мысленно воссоздавая узор универсального заклинания и выпуская искаритов. Миг, и, послушная моей воле, между жизнетворцем и Айландиром встала почти незаметная переливчатая паутинка льда с тонкими полупрозрачными иглами.
«И это все, на что я оказалась способна?..»
Мысль была прервана новой, резанувшей по глазам молнией жизнетворца. Но вместо грохота по залу неожиданно прокатился мелодичный хрустальный перезвон, а молния рассыпалась искрами далеко за пределами щита Айландира! Ледяной барьер выдержал удар!
Правда, одновременно я пошатнулась от накатившей слабости. Защита требовала огромного количества сил, и мой резерв таял с сумасшедшей скоростью, а восстанавливать его я толком не умела.
– Что…
– Какого?
Поединщики изумленно уставились на неожиданную преграду, потом одновременно повернулись ко мне.
Во взгляде жизнетворца промелькнуло понимание.
– Убью, с-стерва! – прошипел он.
Я же, перехватив взгляд тленника, мысленно закричала:
«Айл, бей! Долго щит не удержу! Бей!!!»
Отреагировал тот мгновенно. Наполненный чернотой взгляд вновь устремился на противника, а затем Айландир полностью снял защиту.
Сила вокруг него сгустилась, скручиваясь в боевое заклинание высшего порядка.
И на лице жизнетворца впервые промелькнул страх.
– Стой! – выкрикнул он. – Ты хоть понимаешь, за кого вступился?! Она же Тварь! Лиловая Тварь Домена Стужи! Нам по договору ее надо уничтожить!!!
– Сначала тебя, – бесцветно откликнулся тот и ударил.
Взвившееся вокруг жизнетворца болотное пламя выжгло его щит почти мгновенно, а затем перекинулось на тело, с сумасшедшей скоростью вгрызаясь, разъедая словно кислотой. Раздался дикий, полной боли вой. Пожираемый магическим пламенем жизнетворец рухнул на каменные плиты пола. Не в силах отвести взгляда, я с ужасом смотрела, как он бьется в конвульсиях, на глазах чернея и обугливаясь, пока вой не перерос в хрип, а затем и вовсе прекратился. И, последний раз дернувшись, то, что раньше было жизнетворцем, замерло.
Передо мной лежало спекшееся, скрюченное, безжизненное тело.
