Но как только я ударилась об пол, я через силу заставила себя подняться на копыта, игнорируя мои травмы. Хромая и истекая кровью, я попыталась приковылять в химическую лабораторию. Я должна была убедиться, что мои Праздничные Минталки не пережарились. Теперь, когда мои друзья были в безопасности, мой разум сосредоточился на том, что стало вторым, но всё ещё важным приоритетом.
* * *
Двери Атриума были закрыты и заперты. Мы были запечатаны внутри.
Этот факт был скорее осложнением, чем серьёзным основанием для беспокойства. Я знала, что смогу управлять любой дверью из Отдела безопасности. Однако пробираться к нему означало постоянно оказываться там, где охранные системы весьма рады пострелять когда им вздумается.
Я посмотрела на своих спутников. К настоящему времени я уже начала думать о нас как о опытных воинах пустоши (ну, по крайней мере, о себе и Каламити). Я не очень долго пробыла здесь, снаружи, но это время закаляло как огонь, если побывать в нём однажды. Несколько турелей не должны быть большой угрозой для убийцы драконов.
Я осеклась. Такие мысли были опасны. Последнее, что мне было нужно, так это самой поверить в то, что слышала по радио.
Вельвет Ремеди смотрела на меня печально. Думаю, я была достаточно быстра, хотя казалось, она начала подозревать о том, что же я делала в химической лаборатории. Она не спускала с меня глаз, её укоризненный взгляд жёг мою душу.
Каламити рассматривал что-то на стене. Сначала я предположила, что это был ещё один довоенный плакат. Он изучал его с тем же интересом, что и Вельвет Ремеди что-либо, связанное с Министерством Мира. Но когда я, немного прихрамывая из-за своей заштопанной и перевязанной ноги, подошла ближе, я увидела, что это была карта Стойла. Мои глаза проследовали вверх по лестнице к станции безопасности. Там находился арсенал. На том месте, где в нормальном Стойле были апартаменты Смотрительницы и её семьи, была серия номеров, помеченных как V.I.P. (особо важные пони). На месте же предполагаемого офиса Смотрительницы не было абсолютно ничего.
Я наморщила лоб.
Я реально ненавижу эти Стойла.
Вельвет Ремеди осматривала скелеты, при этом держа меня в прямой видимости.
Были... были ли другие Стойла, что вы нашли, тоже плохи?
Хуже, ответил Каламити.
Мы двинулись к лестнице, но задержались, проходя мимо доски объявлений. Я съёжилась, когда увидела, что через всю доску кто-то написал, по всей видимости, кровью "ПРЕКРАТИТЕ НАС УБИВАТЬ!!!"
О небо, прошептала Вельвет. К моему удивлению, она сорвала одно из объявлений, левитировав поближе, чтобы рассмотреть. Объявление висело между списком новых правил безопасности и заметкой о двух потерявшихся жеребятах, чьи улыбающиеся лица веками всматривались в атриум, полный трупов. Нижняя часть буквы "А" была нарисована на листе, который взяла Вельвет. Я уставилась на нее, задавшись вопросом, что, во имя Луны, может заинтересовать её больше, чем мольба о помощи, написанная собственной кровью умирающего пони.
Вельвет Ремеди повернула листовку так, чтобы мы с Каламити смогли её рассмотреть.
Празднование Третьего Месяца Выживания!
Сегодня вечером в Атриуме!
С 10 до 16 часов
Ведущая почётный обитатель Стойла 29 Винил Скретч.
(выпивка будет после двенадцати)
Каламити присвистнул, поправляя шляпу.
Винил Скретч. Настоящая диджей Пон3... если верить тому, что говорят. Значитца, она всё-таки пережила взрыв жар-бомбы в Мейнхэттене.
Я метнула в Каламити взгляд, говоривший, что тому стоит пересмотреть своё определение слова "пережить".
Как же я ненавидела эти Стойла.
* * *
Остальные турели мало что могли противопоставить скрытности и Малому Макинтошу. Я перезарядила Мак, пока мы продвигались в Отдел безопасности. Я присела за терминал, постаравшись отнестись уважительно к скелету предыдущего его оператора, аккуратно левитировав его в угол к остальным. Вельвет начала читать над ними молитвы.
Каламити побежал в оружейную в тщетной надежде, что сможет открыть её без моих навыков. Убедившись, что всё-таки не сможет, он с разочарованным выражением отвернулся. Я подождала, пока он отойдёт от двери и легко взломала терминал. Он вскочил и, выстрелив в меня улыбкой, исчез внутри. Это была мелкая, но добродушная месть. Я всё ещё пахла морковью.
Вернувшись к терминалу, я обнаружила множество отчётов охраны. Наугад включила один из последних.
Запись 67:
