Я знаю это! жёстко отрезал СтилХувз. Они поняли это, когда подбили первую повозку и увидели мёртвых! Но к тому времени было уже слишком поздно. Он повернулся ко мне. Было уже слишком поздно. Конвой зебр сопровождали убийцы, носившие зебринские стелс-плащи...
Он был один, поправила его Ксенит. Отец, чья семья была убита внезапным нападением вашей школы.
Им больше и не понадобилось, зарычал СтилХувз. Школа была полна детей. И зебры забросили внутрь газовую бомбу. Это был Кантерлот в миниатюре. Полосатые сволочи
Я чувствовала, что плачу.
Хорошо... пожалуйста... я не хочу больше этого слышать.
* * *
Они не обращали на меня внимания.
Но я и не настаивала. Я всё ещё была потрясена до глубины души. Литлхорн был поворотным моментом войны, и мой внутренний пони со слезами представлял себе, как Литтлхорн подтолкнул к уничтожению всех пони, которых он коснулся. Я начала понимать. Я представляла то чувство вины Эплблум, которое предопределило её выбор. И это было ничто по сравнению с виной и горем принцессы Селестии, которая сама выбрала это место. Или с влиянием на принцессу Луну, чьи любимые студенты были убиты все до единого.
После Литлхорна проклятые зебры окончательно превратились в мантикорье дерьмо. Для обеих сторон каждый бой стал боём на истребление. Мы уничтожили один фургон, и да, это было ошибкой. Они уничтожили сотни маленьких детей, а затем началось полное безумие!
Это не было связано с Литлхорн, мрачно произнесла Ксенит. Война изменилась. Это уже был вопрос не угля или драгоценных камней...
Угля и драгоценных камней? Это, пожалуй, имело смысл. Зебры не были похожи на единорогов. Они не могли создавать заклинания или использовать магию напрямую. Они должны были варить её в зельях, вселять её в фетиши или каким-либо образом привязать её к объектам, чтобы получить свою магию. И возможно, за исключением Сосудов Душ, драгоценные камни были единственным подходящим для магических чар сосудом. Любое сообщество, использующее тайные науки, потребует целых железнодорожных составов полных драгоценных камней. Это не было проблемой для пони. У нас были земли, богатые драгоценностями. Фермы камней выращивали их. Но если в землях зебр не было драгоценных камней... но они имели уголь...
Я очнулась от своих размышлений, когда СтилХувз надвинулся на Ксенит.
Значит ты признаёшь, что вся ваша проклятая раса была ёбанными психами!
Нет, отрезала Ксенит. Мы видели, что вы, пони, попали под влияние звёзд. Нельзя было давать никакой пощады, как и нельзя было ожидать никакой пощады от нации, находящейся под влиянием космического зла.
Что?!? прошептала вместе с криком СтилХувза.
Не вы ли последовали за чемпионом, посланным злыми звёздами? За Найтмар Мун?
Что? Ты...
Подожди... Проговорила я медленно. Ты хочешь сказать... что причиной того, что война зашла так далеко... в том, что зебры не могли отличить Принцессу Луну от Найтмэр Мун?
От борьбы за ресурсы до священной войны ровно за десять секунд.
Они не одна и та же ёбанная пони! СтилХувз кричал на Ксенит, ещё громче от того, что он не мог накричать на зебр из прошлого. Мы ... мы не следовали за Найтмэр Мун и более того, принцесса Селестия заключила Луну в тюрьму на ёбанной Луне на тысячу лет. Стальной Рейнджер дрожал. Они. Не. Одно. Лицо!
Вельвет Ремеди вышла из шара памяти Шлаттершай и смотрела на нас в замешательстве. СтилХувс повернулся к нам и рявкнул:
Скажите ей.
Они не одно и то же лицо, сказала я твёрдо. А затем обнаружила молчание у себя за спиной. Я обернулась и посмотрела на Вельвет Ремеди.
Честно говоря, прошептала она, Я никогда не была на самом деле уверена, что это было. Я всегда полагала, что это было своего рода психическое расстройство.
Ар-р-р! Голос СтилХувса звучал убийственно. Что, учитывая что это был СтилХувз, на самом деле пугало меня. Психические расстройства не приводят к физическим превращениям!
Я согласно кивнула. ...Если только речь идет не о волосах Пинки Пай. Достаточно вспомнить её превращение сразу после ссоры с Твайлайт Спаркл.
СтилХувз заметно дрожал. Его голос сменился с яростного крика на тихий и режущий.
Тогда получается, что не было никакого реального шанса договорится дипломатически, не так ли? Я могла утверждать, что его глаза, скрытые забралом шлема, упирались в Ксенит. Приглашение на Хребет Разбитого Копыта для мирных переговоров... там ведь и не предполагалось никаких мирных переговоров, так?
Уши Ксенит прижались к голове. Она старалась быть разумной, видимо понимая, что это уже не было даже недружественным аргументом.
Я не была там. Пожалуйста, не забывайте, что это были другие зебры и пони. Не мы.
Отвечай на вопрос.
Ксенит отвернулась.
