Потом он опустил голову и сорвал копытом шлем. Он взглянул обратно вверх, позволив дымному ветру трепать его оранжевую гриву. Он выглядел странно без своей шляпы.
Забудьте, фыркнул он, топнув. Я не буду ходить в таком виде. Он повернулся и вбежал обратно в лачугу. Хоть убейте.
Ему потребовалось меньше минуты, чтобы скинуть броню. Вельвет Ремеди обернула её магией, убедившись, что заодно подобрала и шлем с крыльца, и сказала:
Что ж, по крайней мере можно взять её с собой. Ты можешь передумать, когда увидишь войска Красного Глаза, окружившие Башню Тенпони.
Ладно, проворчал он. Я забрал всё, чё хотел. Давайте уже пойдём.
Я приостановилась.
Каламити? Я знаю, ты надеешься продать эту кучу оружия работорговцев в Башне Тенпони, но я подумываю, что мы должны отдать его Дитзи Ду. Знаешь, как благодарность за то, что она сделала для Стойла Два.
Вельвет Ремеди заржала.
Вряд ли ей нужен будет такой подарок, Литлпип. Скорее, он даже причинит ей боль, напоминая о том, что с ней сделали работорговцы. Я нахмурилась, морщась. Кроме того, ты правда хочешь прямо сейчас дать Новой Эплузе ещё больше оружия? Признаться, я и правда не хотела.
Потом Вельвет Ремеди посмотрела на Каламити.
Ты знаешь, что любит Дитзи Ду? Соглашусь с Литлпип: нам правда нужно ей что-нибудь подарить в знак благодарности.
Ну... Каламити подумал. Она любит маффины.
Вельвет выглядела шокированной.
Гули вообще могут есть?
Вообще-то, им не обязательно, но они могут.
Я улыбнулась. У нас были Хомэйдж и Ксенит, а они были лучшими поварами в Эквестрийской Пустоши.
* * *
Большую часть пути я старалась не думать о том, что случилось ранее. Я знала, что, если бы начала, то обязательно заплакала бы снова.
Вместо этого я попыталась сфокусироваться на разговорах между Отступниками, но они углубились во внутреннюю политику Стальных Рейнжеров, и мое внимание поплыло. Рыцарь Строуберри Лемонэд сидела рядом со мной, звонко выделяясь в разговорах старших товарищей при каждой возможности
Строуберри Лемонэд (Клубничный Лимонад) подумала я. Звучит аппетитно.
Застонав, я удержала себя, пока моё воображение не зашло слишком далеко. Мне нужна была Хомэйдж. Я посмотрела за борт пассажирского фургона. Сумерки висели над всей пустошью, когда мы подошли к Фетлоку. Внизу я заметила в большинстве своём рухнувшие руины того первого домика, но там уже не было того блуждающего торговца и его механической совы.
Когда мы достигли Фетлока, я заметила бледный столб дыма, идущий из трупной ямы пони на пути к Стойлу Двадцать Девять. Ещё больше свернулось около решётки канализации. Не было слышно звуков битвы.
Это одновременно и хорошо, сказал СтилХувз, и плохо.
Когда мы подобрались ближе, Стальной Рейнджер вышел из тени. Потом была вспышка света. Я пригнулась, ожилая столкновения.
Но это было не оружие. Это был сигнальный фонарь.
Слава Эпплджек, кажется, я услышала бормотание СтилХувза. Это были хорошие новости.
Я выдохнула с облегчением. Эквестрийская Пустошь дала нам передышку как раз вовремя.
* * *
Удача сопутствовала нам, пока мы скользили во тьме к руинам Мэйнхэттена. По мере приближения к вершине Башни Тенпони я могла различить огни рядов палаточных лагерей Красного Глаза внизу, подсвечивающих башню с земли и освещавших Линию Селестии. Они занимали всю поверхность станции Четырех Звезд.
Грифоны патрулями летали вокруг башни, однако, но летали они на бреющем полете, высматривая наземные цели. Я с самого начала поняла, что Красный Глаз не знает о Небесном Бандите. Он, конечно же, знал, что с нами был пегас, то есть он мог бы предположить наличие у нас более быстрого вида транспорта. Но отвергать возможность нашего пешего похода он тоже не мог. И если бы это было так, то мы едва ли сюда добрались бы к этому моменту, двигаясь напрямик из Филлидельфии в Мэйнхэттен.
У нас было время.
И у нас была проблема. На крыше Башни Тенпони был аликорн. Щит она не поднимала, чтобы лучше выслеживать всяких там приближающихся Литлпип. Я могла бы застрелить её. Зебринская винтовка с глушителем идеально подходила для этой цели. Но как только она умрёт, все аликорны неподалёку узнают об этом. И, скорее всего, Красный Глаз тоже.
Пассажирский фургон сильно накренился.
Вот дерьмо! воскликнул Каламити, когда мы начали снижаться, покидая облака. Спарк-батареи сели, а наш несчастный пегас был слишком измучен, чтобы осилить внезапную перемену в весе. Он чуть сознание от напряжения не потерял. Мы камнем начали падать вниз.
Я бешено сосредоточилась на оборачивании Небесного Бандита своей магией. Если я смогла тянуть себя через воздух, может быть, я смогла бы замедлить или даже прекратить падение.
Мой рог ярко вспыхнул. Нагрузка резко ударила меня, словно электричество, подкашивая мои ноги и напоминая о том, что я не спала больше суток.
Мы продолжали падать.
Я напряглась, задыхаясь и дрожа всем телом. Ослепительный свет вырвался из моего рога. С его кончика начали стрелять искры.
