И это... все? медленно спросила Ксенит у проходящей мимо зебры, с любопытством глазевшей на нас. Я поймала себя на том, что уставилась на эту зебру; она подвела свои полосы углём, поэтому выглядела так, будто бы её шкурка была чёрной в белую полоску, а не наоборот.
Не обращайте внимание на Глум (анг. Gloom "Мрак"), пренебрежительно сказала наша проводница.
Ксенит мотнула головой.
Тут что, нет ещё других зебр?
Зебра покачала головой. Другая зебра, Глум, повернулась:
Найтмэр Мун забрала их. Шесть ночей назад. Теперь они все мертвы. Хотела бы и я.
Найтмэр Мун... забрала их? спросила я.
Наша провожатая кивнула.
Они пришли и забрали половину из нас. Не знаю, зачем. Прежде они никогда не обращали на нас внимания.
Ксенит это явно задело.
Была ли похищена та, что откликалась на имя Сефир?
Полосатая кобылка уставилась на Ксенит.
Да. Видя, как Ксенит изменилась в лице, другая зебра отвернулась, устремив взгляд вместо неё на Вельвет Ремеди. Она была нашим доктором.
Я подалась вперёд, ловя взгляд зебры.
Куда они ушли?
* * *
Вы не обязаны отправляться на их поиски только из-за того, что среди них моя дочь, сказала Ксенит, когда я перезаряжала оружие. Или из-за твоей необходимости загладить вину за город каннибалов.
Нет, согласилась я, вложив Малый Макинтош обратно в кобуру. Мы должны, потому что это правильно.
Агась, добавил Каламити, подойдя к нам в броне Анклава, но без шлема. Большую часть свободного времени с самого Старого Олнея он провёл, пытаясь найти способ вести огонь из своих Прибоев, не надевая его. К тому же, хотел бы я оказаться неправ, но, быть может, мы сами к этому причастны.
Чего? Я остолбенело уставилась на Каламити.
Я думаю, что Богиня не так-то глупа, объяснил Каламити. Она поняла, что где-то возникла мёртвая зона, и вот... экспериментит себе.
Это... Это же было связано с теми воспоминаниями, что я извлекла из себя, так ведь?
Ну, раз уж вы не упомянули об этом раньше...
Я остаюсь, внезапно сказала Вельвет.
Я в недоумении повернулась к ней. Единорожица мотнула головой.
Им нужен врач. И сейчас, а не когда ты вернёшь им своего. С атаки аликорнов на Глифмарк прошло пять дней, а это на целых пять дней больше, чем они могут ждать.
Её глаза говорили за неё. В них была убеждённость, что ей есть, о чём сожалеть. И она теперь не собиралась отворачиваться ни от кого, оказавшегося в нужде будь то пони или зебра.
Я шагнула к ней и обняла.
Береги себя.
Это я должна сказать тебе это, ответила она. Паерлайт села рядом на ржавый бочонок и издала вопрошающий крик. Вельвет прижалась мордочкой к прекрасной птице и сказала ей: Пожалуйста, лети с ними, Паерлайт. Береги их. Птица кивнула и салютовала ей крылом.
Глядя на Каламити, Вельвет строго наказала:
Верни их мне без лишних дыр.
Не пожалею сил, пообещал он и надвинул шляпу на лоб.
Я отпустила Вельвет Ремеди и повернулась к Ксенит и Каламити.
Ну что, кто-нибудь из вас двоих хоть что-нибудь знает о цели нашего похода Зебратауне? В ответ от обоих, что и неудивительно, я услышала "нет". В очередной раз мы отправлялись навстречу неизвестности.
* * *
У меня было такое чувство, будто этот дождь собирался длиться вечно. Задыхаясь после подъёма на очередной холм, я начала переосмысливать идею пешего похода в Зебратаун. Услышав, что он всего в двух днях рыси, Каламити предложил отправиться на своих четырёх. Я согласилась, ибо Небесный Бандит был бы очень заметным объектом для аликорнов.
Теперь я поняла, что идея нестись назад по этим скользким холмам с освобождёнными зебрами на буксире и, возможно, аликорнами на хвосте была просто глупа.
Я услышала свист над нами. (Каламити всё-таки не буквально шёл на своих четырёх.) Взглянув вниз, я увидела ещё одну маленькую долину с пятнами асфальта почти исчезнувшей дороги. Там среди разрушенного забора стояла древняя каменная хижина. На её крыше распластался труп кровокрыла, а на железной распорке бывшей ветряной мельницы был насажен ещё один. От двери хижины к нам скакала фигура в металлической броне со знаком Эпплджек.
Огромная пустая долина вокруг, а ты умудрился врезаться в единственную хижину! крикнул ему Каламити, улыбаясь.
Я мчалась вниз навстречу к нему, Ксенит за мной, но поспокойней.
Поосторожней, предупредил Каламити, когда я достигла СтилХувза. В последнее время её так и тянет обниматься.
Насколько я помню, в прошлый раз именно ты обнимал её, дружелюбно съязвил обычно немногословный Рейнджер Эпплджек.
Через несколько минут мы зашли в маленькую двухкомнатную хижину, чтобы уйти из-под непрекращающегося дождя.
Тпру! изрек Каламити, подтвердив мои опасения, останавливаясь на пороге; потоки воды лились с полей его чёрной шляпы.
Я уже видела достаточно коррозии, гнили и мусора, оставленного поколениями мародёров. Но тут было иначе. Картины были искромсаны, мебель разломана копытами, маленькие сокровища осквернены.
