Заканчивалась ли в других Стойлах еда? Сад в стойле два был, попросту говоря, громадным. Что, наверно, объясняет, почему остальные в Стойле никогда не наслаждались магическим солнечным светом. Разве Стойл-Тек создавали остальные стойла с садами, которые смогут прокормить только одно или два поколения? Или Свити Белль целенаправленно опускала тот ужас, который она и её две подруги ожидали?
Вельмет Ремеди была на грани слез из-за прощальных слов её предка, который, как мы обе знали, стал первой Смотрительницей Стойла Два... Стойла, особой целью которого было удержать нас там, в безопасности, навсегда.
Или, я знала, пока Спайк не найдёт нужных пони, чтобы активировать Сады Эквестрии
— Я не могу поверить, чё вы жили в подобном месте... — сказал Каламити, когда мы поднимались по ступенькам вверх. — Это... объясняет многое.
Я открыла свой рот, но не смогла найти слов, издав только слабый писк.
* * *
Пока СтилХувз разговаривал со Старейшиной наедине, мы вынуждены были ждать в длинном зале из гниющих деревянных панелей за дверью офиса Блюберри Сэйбр под бдительными взглядами бронированных пони.
Я попыталась завязать беседу с Маковкой. Разговор шёл неплохо, пока я не накосячила, спросив, что она думает о Присяге Стальных Рейнджеров, мне было интересно, понимает ли она её так же, как и Рыцарь Бак, в плане следования принципам Эпплджек? Вместо ответа я узнала, что говорить о Присяге посторонним (или ‘дикарям’, как она нас назвала), было запрещено. После этого она проигнорировала все мои дальнейшие попытки поговорить. Я не могла сказать точно, было ли это потому что я глубоко оскорбила рыцаря, или потому что здесь были другие Стальные Рейнджеры.
Я собралась было попытаться подслушать, но затем поняла, что охранники не позволят мне подойти к двери так близко. И я не была полностью уверена, что хотела знать, о чём говорили. Я была уверена, что есть часть беседы, которую я ещё успею услышать, особенно что-то относительно нас или миссии СтилХувза. Но тут, вероятно, было нечто большее, чем небольшая дискуссия о внутренней политике и текущих событиях в пределах Стальных Рейнджеров. Это было вне сферы моих интересов; и после погружения в одно из воспоминаний СтилХувза без его разрешения я не хотела вновь незванно лезть копытами в его дела так скоро.
Кроме того я заметила, что действительно не хотела знать. Стальные Рейнджеры были... неприятными.
СтилХувз был Стальным Рейнджером. Не просто бывшим членом, который всё ещё носил броню, потому что (по непонятным мне причинам) он не мог её снять, а действующей и всё ещё активной частью организации. Был Звездным Паладином. А это звучало внушительно, хоть я и не вполне понимала, что это значит.
Из этого путешествия и из воспоминаний в его шарах памяти я начала многое узнавать о моём новом компаньоне. (Ну, самом новом четырёх-копытным компаньоне). И я нашла, что смогу принять большинство из этого, хотя и не всегда легко. Я чувствовала, что могла доверять ему... в определённых пределах... и называть его другом. Но я не завидовала его судьбе, и я опасалась того, что станет с его лояльностью, когда посыпятся яблоки.
Изучая его, я также изучала Стальных Рейнджеров. Я интересовалась ими, так как они были связаны со СтилХувзом... и Эпплджек, кобылой из того узкого круга друзей, которых Спайк знал лично, и которые были мне не безразличны, независимо от веков между ними и нами. Сама идея о защитниках, всё ещё преданных идеалам Эпплджек, была словно луч света в море тьмы, которым часто казалась Эквестрийская Пустошь.
Но сами Стальные Рейнджеры, или, как минимум, большая их часть, показались мне немногим лучше, чем хорошо оборудованные более принципиальные рейдеры. Они не насиловали и не пытали, у них не было изуродованных тел, развешанных на стенах. Но они и не испытывали угрызений совести, просто просиживая круп и позволяя другим пони страдать, голодать и умирать, в то время как у них были технологии, чтобы сделать что-то хорошее. Они были как Спайк, только без благородной и самоотверженной причины, которая оправдала бы их действия.