Я подловила себя на том, что не могла решить, нравится ли мне Миднайт Шовер или нет. Я понимала, что это в любом случае уже не важно. Эта пони давно мертва. Может, меня волновало то, что королевский астроном получил невероятный подарок от Селестии и Луны лично. Или, может, потому, что эта пони знала СтилХувза ещё в тот важный и сложный период его жизни, когда он делал усилие, чтобы быть более добродушным. Однако, гражданский фанатизм этой пони постоянно напрягал меня. И это был представитель королевского двора.
Перед тем как мы разделились, я спросила СтилХувза о его первом визите в Зебратаун, дав ему знать, что в дневнике из той разграбленной хижины упоминается его имя.
— Покушение на принцессу Селестию и героическая гибель Биг Макинтоша оставили глубокий след в душе всех пони. Больше всех досталось тем, кто был в компании Макинтоша. После битвы за Утёс Разбитого Копыта, — говорил СтилХувз, — принцесса Луна распорядилась, чтобы всех, кто принимал участие в той бойне, передислоцировать ближе к сердцу Эквестрии и подальше от линии фронта, по меньшей мере, на полгода. Увольнительная с войны вместе с психологической реабилитацией. — Его определили в Зебратаун поддерживать порядок.
В комнате впереди были слабые признаки розового. Концентрация была минимальной, способной вызывать лишь приливы тошноты и головокружения, а не быструю и мучительную гибель, что нам грозила, когда мы испытали всю силу концентрированной розовый смерти в банях. Я молилась Богиням, чтобы заложников держали не в заражённой зоне. Если это было так, то мы спасали мертвецов.
Первая комната вывела нас в узкий коридор. Каламити расправил свои крылья, коснувшись стен по сторонам.
— Ну вот, это нечестно. — Он фыркнул. — Глупая зебринская архитектура. — Он, извиняясь, глянул на Ксенит. — Без обид.
— Да нет проблем.
Мы отправились вперёд, крадучись от комнаты к комнате. Нашу группу вела я с Паерлайт. Самолевитация позволяла мне безопасно снимать растяжки и обезвреживать нажимные ловушки, которые аликорны расставили по этажу. В который раз их тактика показалась мне необычной.
Я услышала голоса впереди, необыкновенно величественные голоса псевдо-богинь. Только в этот раз голоса были какие-то странно другие. Я не могла понять, в чём именно. Я махнула копытом для тех, кто был позади, показывая им оставаться на месте, и медленно проползла вперёд, вслушиваясь.
— У нас ведь достаточно полосатых пони, да? — заговорила одна из них. — У нас... — она восемь раз стукнула копытом по полу, — вот столько.
— Нет, у нас вот сколько, — сказала другая, отстукивая семь раз. — Тощая померла, когда они попали в розовое внизу, помнишь?
— Все полосатые — тощие, — пожаловалась первая. — Давай просто заберём тех, что есть, и покинем это Богиней забытое место.
Было что-то ненормальное в том, как они ссылались на самих себя. Чёрт, да весь этот разговор был охрененно странным.
— Мы ненавидим это место, — подала голос третья.
Я застыла, осознавая, что целое хреново крыло этих существ находится прямо за стеной. Я дала задний ход, обдумывая варианты обхода. А их не было, тем более в таких стеснённых условиях. Это был конкретный пиздец.
— Это забытое Богиней место заставляет нас вспоминать прошлое. Ненавижу вспоминать, — продолжил третий голос, и я тут же поняла, что в их голосах было такого странного. Они были не в моей голове. Я их слышала. Ушами. — Прошлой ночью я вспомнила, как была жеребцом.
Укуси меня Луна за зад! Розовое Облако портило им телепатию! Здесь они были отрезаны от влияния Богини. Не удивительно, что Трикси нужны были мы для экспедиции в Кантерлот.
А потом до меня дошло. Руины Кантерлота, по идее, были полны аликорнов. И эти аликорны понятия не имели, что мы-то, по идее, их союзники. Да это всем пиздецам пиздец.
Я развернулась, указывая остальным двигаться вниз по коридору.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День двадцать девятый: