Его выстрел из «Магнуса» разнес панель управления одной из криокапсул с маркировкой «Z-3C». Раздался треск льда, шипение выходящего газа. И из поврежденной капсулы начало медленно выбираться что-то… огромное, непропорциональное, с тускло светящейся зеленоватой кожей и длинными когтями. Оно издало низкий, гортанный рык.
— Что ты наделал, идиот⁈ — голос Умбры прозвучал уже не так уверенно. Она тоже увидела пробудившегося монстра.
Лаборатория содрогнулась от мощного взрыва где-то внизу — видимо, система самоуничтожения начала свою работу. С потолка посыпались куски бетона. Пробудившийся «актив Z-3C» с ревом бросился на ближайшую цель — одного из роботов-охранников «Abrigo-Tec», который как раз вкатился в зал, и с легкостью разорвал его на части.
Зед понял, что времени у него почти не осталось. Он должен был выбраться. Но сначала… Он метнулся к главному терминалу, который все еще работал, несмотря на начавшийся хаос. Вырвал из него дата-кристалл с основной информацией по «Проекту Амазония-Генезис» и своим собственным файлом. Это была его правда. Его проклятие. И, возможно, его единственное оружие.
Умбра, отбиваясь от атаки еще одного пробудившегося «актива», увидела его маневр.
— Не уйдешь! — крикнула она, стреляя в его сторону.
Один из ее выстрелов попал в криогенную установку рядом с Зедом. Раздался оглушительный взрыв, выброс ледяного пара и жидкого азота. Зеда отбросило взрывной волной к стене. Он на мгновение потерял сознание.
Когда он пришел в себя, лаборатория была объята пламенем и хаосом. Сирены выли не переставая. «Ассистент» на его руке отчаянно пищал, показывая критические уровни радиации и токсинов в воздухе. Пробудившиеся «активы» дрались с остатками роботов и, похоже, друг с другом. Умбры нигде не было видно. Изабель и Рауль тоже исчезли.
«ДО ВЗРЫВА СТЕРИЛИЗУЮЩЕГО ЗАРЯДА — ОДНА МИНУТА».
Зед с трудом поднялся на ноги. Все тело болело. Дата-кристалл был у него в руке. Он огляделся, ища путь к спасению. Один из аварийных выходов, отмеченный на схемах Рауля, был еще открыт, хотя его вот-вот должно было завалить обломками.
Собрав последние силы, он рванулся туда. За его спиной раздался еще один мощный взрыв, и пол под ногами заходил ходуном. Он успел проскользнуть в узкий проем за мгновение до того, как тот был полностью завален.
Он бежал по темным, трясущимся туннелям, не разбирая дороги, пока легкие не начали гореть огнем, а в глазах не потемнело. И когда он, наконец, выбрался на поверхность, где-то далеко от полицейского участка, и обернулся, он увидел лишь гигантский столб дыма и огня, поднимающийся над тем местом, где когда-то был вход в «Abrigo-Tec». А потом земля содрогнулась от чудовищного подземного взрыва, который, казалось, мог расколоть саму гору Корковаду.
Ящик Пандоры был открыт. И его содержимое вырвалось на волю.
Зед стоял на коленях, тяжело дыша, сжимая в руке дата-кристалл. Он выжил. Но какой ценой? И что теперь будет с ним? С этим городом? С его прошлым, которое оказалось таким чудовищным?
Ответов не было. Была только боль, усталость и горькая, обжигающая правда, от которой уже никуда не деться.
Конец второй арки.
Глава 36: Пепел «Генезиса»
Сознание возвращалось медленно, неохотно, словно продираясь сквозь толщу вязкого, горячего киселя. Первым, что Зед ощутил, была боль. Всепоглощающая, тупая, она пульсировала в каждой клетке его тела, отдавалась гулким эхом в раскалывающейся голове. Потом пришел звук — оглушительный, непрекращающийся вой сирен где-то вдалеке, треск горящих развалин и чей-то далекий, отчаянный крик. И запах — едкий дым, раскаленный металл, пыль и озон.
Он открыл глаза. Небо над ним было грязно-багровым, затянутым клубами черного дыма, сквозь которые едва пробивался тусклый свет умирающего дня. Он лежал на чем-то твердом и остром — обломках бетона и арматуры. Вокруг, насколько хватало зрения, простиралась зона тотального разрушения. Остовы зданий, покореженные, словно оплавленные свечи, дымящиеся воронки, горы искореженного металла. Воздух был тяжелым, им было трудно дышать.
«Abrigo-Tec»… Взрыв…
Память вернулась обрывками, вспышками: лаборатория, криокапсулы, Умбра, его собственная отчаянная попытка уничтожить все… и дата-кристалл. Он судорожно сжал правую руку. Есть. Небольшой, холодный кристалл все еще был зажат в его ладони, его острые грани впивались в кожу. Чудом уцелел. Или это было проклятие?
Зед попытался сесть. Тело отозвалось новой волной боли. Его левая нога была вывернута под неестественным углом, из глубокой рваной раны на предплечье сочилась кровь. Контузия гудела в ушах. «Ассистент» на руке был мертв — экран разбит, никаких признаков жизни. Похоже, электромагнитный импульс от взрыва или прямое попадание добили его окончательно. Он остался один на один с этим адом, без своего верного, хоть и поврежденного, помощника.