Грязный с недоверием смотрел на рейнджера, тот явно что-то недоговаривал. Билл не мог рассказать им правду, иначе все эти люди, разгорячённые потерями и трудностями, не стали бы разбираться в глубине вины его друга, а просто бы отомстили. После того как Билл окончил с медицинской помощью всем раненным, он начал знакомиться с выжившими, Люси в тот момент ещё была без сознания. Билл очень удивился, когда узнал, что Генрих из убежища, за всю свою жизнь рейнджер встречал лишь несколько таких людей "из консервной банки", и часто им было что рассказать. А Генрих уже давно не болтал по душам, ему не хватало внимательных слушателей, чей уровень цивилизованности не уступал ему самому. Они долго рассказывали друг-другу разные истории, пришедшие словно из двух разных миров, Билл о неизведанном, новом и диком мире, а Генрих многое о прошлом и неизвестном для Билла. Но рейнджера ждал ещё один сюрприз, когда он заговорил с бывшим пленником об этих рейдерах, которых называли "Башенными". Билл хотел узнать побольше о том, что тут в этом крае вообще происходит, он знал только то, что ему нужно найти некое место, о котором он условился со своим другом Профессором заранее, его называли Литлсити. "Они пленили меня" - говорил ему Генрих, "Я сказал, что у меня есть знания, а им был нужен кто-то, что бы справить их машины, и они оставили меня в живых. Но я не смог, но мне опять повезло, и меня не собирались убивать сразу. А потом они привели человека, очень умного, и заставили его исправить машины. У него вышло, и Башенные тут же принялись утверждать свою власть".
Страшная мысль закралась тогда в голову Билла, он начал расспрашивать Генриха, как же выглядел этот человек, и Генрих рассказал: "Ну, он был уже весь седой, наверное можно даже сказать старый". "Неужели это он?" - с ужасом думал Билл. "Неужели это Профессор?". Профессор был таким типом человека, который любил помогать окружающим, и любил блеснуть своими знаниями. Но мог ли он засветиться? Мог ли кто-то сдать его рейдерам? Или они поймали его в пустыне? Интуиция подсказывала рейнджеру, что совпадения быть не могло. Билл не был уверен, что застанет Профессора в Литлсити, но по-видимому старику не только удалось вырваться из лап Драу, но и добраться до заранее назначенного места, и уже там каким-то образом угодить в неприятности. "Это в его стиле" - устало подумал тогда рейнджер, "С ним никогда не бывает просто".
Так как больше никто ничего не говорил и не спрашивал, Билл ушёл, на последок успев расслышать шипение Бальтазара: "Убил бы сссуку!". Ему так же нужно было успеть отдохнуть, а впереди было ещё слишком много работы. Рейнджер подыскал себе место возле одного из костров, разложил свою надёжную компакт-палатку, произведённую какой-то довоенной организацией Travell'n Joy, перекусил местной похлёбкой, в которой чего только не плавало, из представителей местной флоры и фауны, но на вкус было весьма сносным. Билл заснул, усталый Рваный пришёл только под утро, но рейнджер не дал ему отдохнуть после тяжёлого дня и ночи, его помощь была нужна ему в одном деле. Невзначай Билл несколько раз спросил как там остальные, как там Люси, но до того момента как Рваный ушёл, им так и не удалось решить, что делать дальше и куда идти. Похоже, что они всерьёз раздумывали над тем, что бы всем вместе уйти в Смоки. Билл объяснил свою идею Рваному, тот внимательно просмотрел на схему, наспех нарисованную карандашом на куске туалетной бумаги. Её создали ещё во времена до пустошей, и в это время этот продукт очень ценился, хотя и использовался в основном не по назначению. Иногда можно было бы найти старую, а быть может даже чистую бумагу, прицепленную к планшету, что завалялся под горами мусора, но она в основном не сохранялась а сгнивала, в отличии от рулонов туалетной бумаги, тщательно упакованной в обёртку и хранящуюся в толстых, картонных коробках.
- Ты уверен, что это сработает? - неуверенно спросил Рваный. У него был опыт смешивания не только наркоты, но о подобном "рецепте" он не знал.
- Да. Он у меня записан. - сказал Билл и улыбаясь указал на свой Пип-Бой.
- Хорошо. Мы всё подготовим. Надеюсь, что ты прав, так как второй неудачи мы уже не выдержим.
