Ага, спасибо, один меня уже благословил. Так благословил, что не знаю, куда деваться от сего дара. Утопиться бы на дне морском, да толку-то? Я бессмертная, мне все эти ныряния как крокодилу водные процедуры. Немного щекотно и быстро надоедает. Мотнув головой, постаралась отогнать дурные мысли, но слова бедового мужичка продолжили крутиться в голове. Милостивая богиня… Как давно меня не называли этими словами? И неизвестно, назовут ли еще когда-нибудь.
Я вошла на территорию жилого комплекса на берегу моря. Навстречу мне через ворота выехал курьер до боли знакомого рыбного ресторана.
«Нет» — обреченно сказала я себе, но где-то в глубине души понимала — «Да».
В этом комплексе две тысячи квартир! Мало ли кому могли привозить заказ? Вероятность того, что именно в мои апартаменты снова привезли двадцать килограммов слабосоленого лосося равна пяти десятитысячным долям процента!
— Чтоб тебя Кракен сожрал! — обреченно простонала я, войдя в свои элитные апартаменты с видом на море и с запахом рыбного склада. У меня уже даже нет сил кричать и ругаться. — Знаешь, что, Феликс? Это последняя капля! Я так больше не могу! Это решение далось мне тяжело, но, похоже, пришло время! Мы расстаемся! Я отселяю тебя в отдельную квартиру! — произнесла я страшные слова, застыв в решительной позе и уперев руки в бока.
Ответом мне была абсолютно равнодушная кошачья морда, на которой не дрогнул ни один ус. Феликс развалился пузом кверху на диване перед экраном и поедает тот самый лосось, от запаха которого даже меня уже тошнит. Иссиня-черное чавкающее пятно посреди кровати. Кто увидит — испугается. А что я скажу соседям? Что мне в фамильяры достался кот, который жрет так много, что по размерам уже догнал небольшую свинью?
«Мать, ну ты чего?» — раздался у меня в голове глубокий мужской голос. В этом немагическом мире Феликс может общаться лишь ментально и лишь со мной. «Подумаешь, рыбки покушал. Тоже мне, нашла повод для расставания» — вздохнул он и продолжил лакомиться.
— Эта рыба провоняла все наше жилище! — зарычала я на него. — Соседи жалуются!
«Да и плевать на них» — равнодушно бросил фамильяр. «Не нравится — пусть съезжают. И вообще, я давно говорю тебе, что надо переезжать в частный дом из этого человейника! А ты заладила: вид из окна то, вид сё… У всех свои слабости, мать. Ты море любишь, а я рыбку».
Я обреченно вздохнула и развернулась, чтобы выйти на балкон и отдышаться. Во-первых, подальше от рыбного запаха, а во-вторых, меня и вправду успокаивает море. С этой точки открывается волшебный вид на бухту, а закаты здесь такие, что за пять лет я не пропустила ни одного. Шутка ли: море, ставшее моим проклятьем, умудряется дарить мне ощущение жизни.
Закат… Солнце медленно погружается в водную гладь, окрашивая небо в оранжевые краски. Мне никогда не надоест любоваться этим зрелищем. Я столько лет шла к тому, чтобы жить на берегу теплого моря, что меня отсюда не прогонит даже ядерная война.
«За предательство я изгоняю тебя в мир без магии, Анимаиса. Навечно» — прозвучали в голове отголоски древнего проклятия. Да, тогда я еще не понимала, что такое «навечно». Земля — странный мир, хоть и по-своему прекрасный. Но я родом с Эгора — мира, полного магии и самых разных существ, которые умеют с ней обращаться. Ведьмы, оборотни, крылатые ибисы, подводные кикиморы, кентавры и сотни самых разных рас — все это осталось там, откуда меня изгнали. Ну и, конечно же, боги — бесконечно сильные властители стихий. Тот, кто вынес мне приговор, повелевал океанами и морями.
Вынырнув из воспоминания, я подняла голову и вдруг заметила, что с закатом творится что-то не то. Краски померкли, шум моря стал приглушенным и как будто растянутым во времени. Закат больше не оранжевый. Он…коричневый.
— Феликс, что происходит? — забеспокоилась я.
«Ничего не происходит, мать. Что с тобой?» — устало вздохнул мой сокамерник. Фамильяра отправили в вечную ссылку вместе со мной, за компанию.
— С пространством вокруг меня что-то не то! — запаниковала я. За сотни лет моей бессмертной жизни ничего такого не происходило!
«Тю! Мать, так, может, это бабушка-деменция к тебе подкрадывается? В твоем возрасте давно пора. Даже странно, что она раньше не бахнула».
— Замолчи! — зашипела я рассерженной кошкой. Ненавижу, когда мне напоминают о моем возрасте, и Феликс прекрасно об этом знает. А пространство, тем временем, начало сжиматься, будто я оказалась внутри сдувающегося шарика. — Феликс! — закричала я, но мой голос потонул в вакууме. Я провалилась в никуда. Все вокруг поглотила тьма.
Я вздрогнула всем телом и открыла глаза. Надо мной — ночное звездное небо. А что случилось? Неужели я выпала с балкона? Нет, в нос ударил запах леса: трава, хвоя, влажная земля. И ни нотки привычного аромата моря.
— Ох… Я хвост подвернул, — раздалось кряхтение рядом со мной. — Мать, ты где?
— Здесь, — хрипло отозвалась я и легко поднялась. Вокруг меня стоит глухой темный лес.