– Смотри на меня, – Мэтт рукой заставил поднять голову обратно. – Говори.
– Твой кузен меня шантажирует.
Он поднял брови вверх и от удивления даже отпустил моё лицо:
– Таааак… Отличные новости. Что он хочет?
– Твоё кресло.
Лицо Мэтта потемнело, он поджал губы:
– Чёрт, никак не успокоится… И что он требовал, чтобы ты делала?
– Хотел, чтобы шпионила за тобой и какие-то данные ему предоставляла.
– А взамен?
– Помощь с делом отчима. Он раскопал ещё какие-то подробности. И обещал не говорить тебе взамен на данные с твоего компьютера.
Донован вскочил на ноги и нервно заходил по комнате. Потом повернулся ко мне:
– Я понял. Хорошо, что ты не стала работать на него. Он бы обязательно тебя надул. Все данные мне известны. Рука не поднялась посадить отчима моей жены, пусть и фиктивной.
Подняла на него глаза:
– Ты серьёзно, Мэтт?
Он кивнул.
– Представляешь, я не такая-то и сволочь, как обо мне говорят. Да и что скажут, если я посажу собственного тестя? Хотя он в самом деле виноват. Но я тоже уверен, что Джейсон не сам на это пошёл. Но знаешь… Теперь у меня появился план вывести Колина на чистую воду. Поможешь?
– Конечно. Говори, что делать.
– Скажешь ему, что будешь шпионить. Мы поставим в его кабинете скрытую камеру со звуком и всё запишем. Покажем это шоу участникам совета директоров. И ты задашь ему те вопросы, которые я тебе скажу.
– Хорошо, – кивнула я. – Мне нужно завтра сказать ему, согласна я или нет.
– Скажи, что согласна. Пусть озвучит, какие ему данные нужны, и в какие сроки.
– Я поняла…
Голос сорвался, я снова начала плакать. Теперь от облечения. Я не знаю почему, но именно этот мужчина решает мои проблемы и смог избавить меня от шантажа Колина. Он оберегал моего отчима, вместо того, чтобы его посадить далеко и надолго. Ради меня.
Мэтт сел рядом, взял моё лицо вверх и поднял на себя:
– Ну что опять? Я не то что-то сказал?
– Нет, – продолжала плакать я. – Я не думала, что ты мне поможешь. Спасибо, Мэтт. Ты лучше, чем мне казалось.
Очередная слеза капнула на губы. Мэтт проследил за ней взглядом, а потом прижался к ним своими губами. Он целовал меня, тянул к себе ближе. В моей голове не возникло мысли сопротивляться. Я подставляла ему свои губы, мысленно молила не прекращать поцелуев, целовала в ответ его сама, положила робко ладони на его плечи.
Пояс халата развязали мужские руки, скинули его вовсе. Я осталась в тонкой сорочке, под которую нетерпеливые и горячие пальцы тут же заползли и обожгли кожу. Я в ответ расстегнула пуговицы его рубашки и потащила вниз за ворот, снимая её вовсе. Не удержалась и провела с восхищением пальцами по рельефному телу. Под кожей отлично чувствовались мышцы, такое тело было приятно ласкать и не менее приятно смотреть на него…
Мэтт подцепил подол сорочки и потянул вверх, сняв с меня её одним движением. Я осталась в одних трусиках, и вдруг смутилась. Когда мужчина видит впервые меня обнажённой – для меня это очень волнительно, и уж точно не каждый день такое происходит. Я опустила глаза и попыталась прикрыть нагую грудь, но он не намерен был давать мне стесняться. Перехватил мои руки и прижался к соску губами, не давая мне ему помешать. Поначалу руки напряглись, и действительно было желание всё прекратить немедленно, мы не должны… Мне потом будет больно.
– Мэтт, не нужно… Мы будем жалеть.
– Я не буду, – ответил он негромко и снова подхватил сосок губами.
Смущение быстро сменилось удовольствием, и я плюнула на все. Руки обмякли, и Мэтт отпустил их, понимая, что я сдалась. Я обнимала его, гладила по волосам, закрыв глаза от приятных эмоций, волнами раскатывающихся по всему телу. С губ полетели негромкие стоны. Мне было плевать, что я температурю, что этот мужчина не для меня, он был моим врагом… Сейчас мне было просто хорошо, я хотела близости с ним, очень. Остальное будет потом.
Руки мужа освободились и он стал использовать их иначе. Поддел резинку белья и снял их вниз. Он прижимал меня в к своему горячему телу, а его пальцы нежно ласкали мою самую чувственную зону. Вздрогнула, когда пальцы коснулись меня там. Движения были мягкими, осторожными и я еще больше начала куда-то падать. Сладкое падение, просто замечательное… Стоны стали громче и чувственнее, когда он проник в меня и стал бережно раздвигать меня внутри, готовя к тому, что скоро он тоже возьмёт своё. Я сходила с ума в его руках, извивалась, целовала Мэтта снова и снова, и уже хотела большего. Протянула руки к его брюкам и расстегнула ремень.
Мужчина на секунду замер, потом подарил куда более глубокий поцелуй и повалил меня на диван. Снял с себя всё то, что мешало нам соединиться в одно и навалился сверху. Еще секунда и я почувствовала вторжение в меня, слишком резкое, оно вызвало боль. Я поморщилась и зашипела от болезненных ощущений. Давно не было мужчины, вот и результат. Аж вывалилась из сладкой неги в реальность.
Мэтт стал двигаться осторожнее. Он даже не смог войти до конца. Погладил меня по волосам, прижался к губам, пытаясь уменьшить боль. Постепенно тело моё приняло его, он почувствовал больше свободы, вошёл до предела и стал двигаться более уверенно. Я выгнулась и застонала, и боль здесь была уже не при чем. Чем больше он набирал темп, тем больше я металась по простыням, меня просто растащило от гаммы эмоций и ощущений.
Он обнимал меня, я обнимала его, мы целовались так, что уже болели губы, и чувствовали оба эти толчки, чувствовали друг друга. И хорошо, что губы были зажаты его губами, иначе я бы так заорала, когда меня пробил острый оргазм, будто пулей прострелил. Мэтт наслаждался моим оргазмом, пытался продлить его, а потом отпустил себя и получил свою дозу острого удовольствия.
Отдышались. Очнулись. Стали смущённо натягивать обратно одежду. Ну точнее, я. Мы оба молчали, не зная что сказать, и что это вообще было. Обоим будто мозги отшибло в какой-то момент. Нам вообще дотрагиваться нельзя друг до друга, а то сразу шизофрения какая-то начинается! Причем, взаимная…
– Я в душ… Потом спать, – сказала хрипловатым после такого количества стонов, голосом.
– Да… Спокойной ночи, – примерно таким же голосом ответил и он, продолжая смотреть на меня так, будто ему было мало, и если я сейчас не уйду, то будет наш второй секс.
Не стоит. Я тогда точно не смогу уже его забыть. Совсем влюблюсь, до смерти. Встала, обернулась в халат, подхватила свою сорочку и бельё с пола, и пошла наверх.
Тёплые струи из лейки помогли немного прийти в себя. Тело ломило, немного побаливало даже, но чёрт возьми, я вовсе не жалела об этом! Даже повторила бы…
А вот за эти мысли, Катя, тебя надо поругать и поставить в угол! Совсем ты голову свою забыла в прошлой жизни, где ещё не было Мэтта Донована…
