– Нет, в случае, если нам отдадут однозначные приказы, – отважился заметить Морено.
Карсон пристально взглянул на него:
– По-моему, здесь слишком светло. Я не очень-то хорошо тебя вижу.
Морено положил руку на плечо своему другу.
– Ну, а если мы получим от командования подобный приказ?
Селинсинг отпустила какую-то циничную реплику на языке своих далёких предков.
– По крайней мере, ты избрал правильный подход, чтобы объяснить свои мысли.
– Да, я просто мечтаю, – протянул Карсон.
– Вы знакомы с полковником Чином? – спросил Морено своих друзей.
Они приблизились к нему, и густые брови Карсона сомкнулись в одну линию:
– Конечно. Все знают Чина. Но Чин не командует на наших позициях. Нами командует Ванг-ли.
– Отлично. Но прямо сейчас Ванг-ли занят тем, что ведёт переговоры с величайшими умами в Катулла Нексус, разрабатывая стратегию в компании с раками и бородачами. Поэтому до возвращения Ванг-ли командует Чин. – Я знаю, что Чин так же устал от ожидания приказа Военного Совета, как и мы все.
– Что-то я никогда не слышал от него ничего подобного, – осторожничала Селинсинг.
– Не думаешь же ты, что он выпалит это всё на публике, а? – Морено улыбнулся, как будто он один знал какой-то важный секрет. Глаза Карсона расширились.
– Ты разговаривал с ним об этом? – Он тихонько присвистнул. – Но одно лишь неверное слово, неверный поступок, и ты окажешься в Центре обеспечения, пониженным в ранге, и будешь заниматься пересчётом провианта до окончания срока годности.
– Что угодно, всё равно лучше, чем торчать здесь, в самом центре джунглей и медленно сходить с ума.
– Ты шутишь, – сказала Селинсинг медленно. – Хотя если кто-нибудь вроде Чина отдаст приказ…
– Чёрт возьми! – Карсон повернулся к Морено и внимательно поглядел на него. – Если Чин чувствует себя так же, как и мы, если ему тоже не нравятся все эти бесконечные проволочки, может быть, он подумает и о чём-то другом, кроме бесконечного тиражирования приказов. Может быть, он даже и сам возглавит атаку.
Неожиданно подумав, что он слишком далеко зашёл, Морено взял другой тон:
– Подождём, мои друзья! У меня только подозрения. Я ничего такого не знаю. И кто знает, что на самом деле думает полковник Чин? Он лишь невзначай об этом как-то упомянул пару раз, и больше ничего. Чин никогда ничего особенного не имел в виду. Он очень забавный тип, даже для офицера.
– Его рапорты безукоризненны. Думаю, он знает, что такое взбираться наверх. – Карсон нервно потёр живот.
– Но если мы со всей силой ударим по врагу, – бормотала Селинсинг, – не только силами наших трёх отрядов, но силами всех подразделений, которые находятся на базе, мы просто их захлестнём и сметём их планетарный штаб. А может быть, даже захватим в плен, парочку языков. Выкурим их из леса.
– Это был бы хороший удар! – Карсон осушил свою кружку, с надеждой смотря на Морено. – Как насчёт этого, Хуан? Думаешь, Чин решится на это?
– Как много лишних слов, – осторожно ответил человек пониже. – Чин очень заботится о своей карьере, как и любой другой офицер. Он хочет, чтобы в случае неудачи его кто-нибудь прикрыл.
– Некоторая двусмысленность может закрасться в официальные сообщения, и тогда окончательное разъяснение может стать делом личной интерпретации. – Мужчины взглянули на Селинсинг, улыбнувшейся им улыбкой маленькой волчицы. Связь была её второй специальностью.
– На Оперативной Базе есть один офицер, – сказала она елейным голосом. – Он – массуд. Если эти гипотетические приказы будут получены на языке массудов, трудности с переводами могут быть разрешены самым лучшим способом любым персоналом, который окажется там в это время.
– Например, тобой? – на лице Карсона играла улыбка иного рода.
Она слегка улыбнулась.
– Вполне вероятно. Мне придётся также проследить, чтобы все возможные двусмысленности были лично донесены до базового командования, чтобы оно в свою очередь могло предложить решение, основанное на очевидных фактах и на мнении экспертов.
– Опять же – это ты! – восхищение Карсона не знало границ.
Морено лишь подал идею и хотел узнать мнение своих друзей. Он был поражён, насколько быстро они подхватили эту идею и занялись её отработкой.
– Тише-тише. Ты ведь полупьяный.
– Но не я, – с радостью выпалил Карсон. – Я пьян, по крайней мере, на четыре пятых.
– Ну, а если Чину не понравится то, как именно будет подана эта идея?
Селинсинг пожала плечами.
– Тогда меня смогут обвинить лишь в плохом переводе с языка массудов? Я хочу рискнуть. Если уж он так захочет, то обвинит лично нас в излишках энтузиазма.
Карсон с шумом отодвинул стул и поднялся из-за стола. Он слегка покачивался. Как только он вышел из угла, на который распространялось человеческое влияние проектора, тени приняли совсем иные очертания. Высокая толстая красотка превратилась в коренастую самку с’вана, совершенно невыносимую для взора сержанта.
– Давай сделаем это сейчас. – Глаза его сверкнули. – Давай сделаем это быстро! Меня уже тошнит от того, что я просиживаю свои штаны и целую тени. Я хочу кого-нибудь убить.
