Да, да — сама ехала через всю Москву прямо до дома! И пусть машина была оборудована дополнительными педалями, и начбез в любой момент мог её подстраховать и перехватить управление, всё равно ощущения были непередаваемыми!
За пару километров до особняка они с Кириллом Петровичем менялись местами, и подъезжали к дому, как ни в чём не бывало. Словно девушка ездила к подруге или в библиотеку, а начбез просто выступал в роли её водителя и охраны.
В общем, времени на самоедство у неё не оставалось, и дни летели так быстро, что Лиза не успела оглянуться, как наступил канун Нового года.
Тридцать первого Левин появился у них утром, подарил подарки: Лизе цветы и очередное украшение, деду именную фильдеперсовую** ручку в футляре из крокодильей кожи.
И к облегчению Лизы отбыл встречать Новый год — по его словам — в кругу важных партнёров холдинга. На самом деле, конечно же, в «кругу» Карины, но фальшивую жену это не задевало. Она беспокоилась только о том, чтобы об увлечении зятя не узнал дедушка. А так — чем дальше от неё Олег Дмитриевич, тем ей же лучше!
Они с дедом провели чудесный вечер: ели, смеялись, даже подпевали телевизору. А потом через окно смотрели на салюты.
— Ты — моё самое большое сокровище, — Рузанов-старший обнял внучку. — Я так тобой горжусь, Лиза! Спасибо, что доверилась — я успел всё подготовить, и сразу после праздников можно объявлять о помолвке и назначать дату свадьбы! Как раз у тебя будут каникулы, сможешь спокойно окунуться в подготовку праздника и наслаждаться статусом невесты. А это подарки от меня.
И с видом волшебника извлёк откуда-то из кармана две небольшие ламинированные карточки — побольше и поменьше.
«Чьи-то визитки? — подумала Лиза. — Наверное, организаторов торжеств, но при чём тут тогда подарки?»
Она взяла карточки, вгляделась и ахнула — это же водительское удостоверение и… И ПТС на её имя!
— Боже, деда! Но как⁈ Когда? Я же ещё…
— Теорию ты два дня назад сдала — забыла?
— Я думала, это просто очередной тест.
— Нет, всё было всерьёз. Что до практики, то Кирилл Петрович очень тобой доволен и считает, что ты готова. Разумеется, занятия вы продолжите, но удостоверение и автомобиль пусть уже будут. Правда, про права пока не распространяйся — устроим Олегу сюрприз? Расскажешь после свадьбы, а машина — мой тебе подарок на Новый год. Так сказать, с прицелом на будущее.
— Спасибо, дедушка! — она едва не приплясывала от нетерпения. — И машина! Лексус, да?
Её собственная машина!
— Лексус, автомат, цвет ред кристалл. Для первой машины — в самый раз. Вижу, не терпится посмотреть? Немного потерпи, стрекоза, хорошо? К двум приедет Валера, он покажет тебе твою красавицу. И знаешь, я что-то устал от праздников, да и поздно уже. Вернее, рано — ещё немного, и утро, — Николай Романович устало улыбнулся. — Иди к себе, отдыхай. И я лягу. Полина, — произнёс он имя дежурной сиделки, — уже три раза в дверь заглядывала. Волнуется, что режим сегодня вверх тормашками…
— Деда, я тебя очень люблю! — Лиза обняла старика и поцеловала его в щёку. — Если тебе что-нибудь захочется или понадобится, звони мне, хорошо? Спокойной ночи!
— Сладких снов, сердце моё!
Едва не приплясывая от избытка эмоций, она вошла в комнату и, не раздеваясь, упала спиной на кровать.
' Боже, у меня есть права, есть своя машина и дедушка разобрался с недоброжелателями! Какой хороший получился Новый год!'
Правда впереди маячила фальшивая свадьба и немного омрачала её радость, но ради самого родного человека можно потерпеть. Главное, что этот брак не навсегда!
Лиза улыбнулась и незаметно для себя провалилась в сон.
Проснулась она, как от толчка и не сразу поняла, что её разбудило.
— Елизавета Сергеевна! — раздался из-за двери плачущий голос. — Елизавета Сергеевна, вставайте скорее! Беда!
*«Пятилетку за три года!» — это лозунг, использовавшийся в СССР
**Фильдеперс, фильдеперсовый (молодёжный сленг) — нечто очень необычное, с вывертами, выдающееся.
Спросонья она не сразу поняла, что от неё хотят, но из кровати выползла и дверь распахнула.
Перед входом маялась дежурная сиделка.
— Что случилось? — выдохнула Лиза.
— Николай Романович, — всхлипнула женщина.
— Что с ним? — спрашивала, а сама уже бежала в комнату деда.
Сиделка что-то неразборчиво бормотнула, догоняя Елизавету, но той было не до ребусов. Скорее к дедушке!
Как была — в одной пижаме, взъерошенная со сна, с отпечатком подушки на щеке, Лиза пронеслась по дому и внезапно остановилась.
Дверь в комнаты деда оказалась распахнута настежь.
С трудом переставляя ставшие вдруг неподъёмными ноги, девушка медленно прошла через первую комнату и очутилась на пороге спальни.
Кровать выглядела так, будто на ней совсем недавно кто-то лежал. На тумбочке раскрытая книга и дедушкины очки, а у кровати его тапочки.
Почему-то именно тапочки оказались последней каплей.
Ноги Лизы подломились, и она упала, где стояла.
— Дедушка… — шёпотом. — Нет, деда, ты не мог! Нет, нет, НЕТ!!!
И закричала, забилась в чьих-то руках.
— Тише, Лиза, тише!
