В любом случае, пока рогатый старик потрясённо молчал, я решил вновь подать голос, огласив уже давно интересующий меня вопрос:
— Кстати, а ты ведь не настоящий Ооцуцуки Хагоромо, не так ли? Может быть, тебе стоит уже прекратить претворяться им, потому что играть роль человека у тебя получается действительно скверно. Ты явно не создан для этого и не можешь понять наш образ мышления, а раз так, то почему бы тебе не отбросить эту маску, когда я теперь знаю правду?
Конечно, это была только моя теория, о которой я много думал раньше… Однако, та речь, которую обрушил на меня сегодня мой враг, невольно заставила меня вспомнить об этом.
— Как ты это понял? — нахмурился рогатый старик, когда на его лице проявилось до крайности озадаченное выражение, — Неужели это было настолько очевидно, раз даже такой высокомерный и тупой Учиха, как ты, смог это понять?
— Эх, я говорил так мягко, а вот ты сразу полез и стал оскорблять… Это совсем не хорошо! — дружелюбным тоном отозвался я, а после чего добродушно пояснил:
— Это просто ещё один признак бесчеловечного мышления, неужели не ясно? Добрые и сострадательные старики, и просто хорошие парни, роль которого ты якобы отыгрываешь, так себя не ведут. Впрочем, они и своих матерей не предают и сыновей не заставляют страдать, провоцируя вражду между ними и даже стравливая этих бедолаг во имя наследства, а потом, пытая их ещё больше, принуждая реинкарнировать, и даже сражаться, убивая друг друга на протяжении тысячи лет.
— Хм… — невнятно промычал рогатый старик, дважды кивая, — Я понимаю. Так вот в чём моя ошибка. Я действительно думал, что хорошо справляюсь со своей работой, но получилось наоборот, и никто из моих рабов не осмелился сказать, насколько это было плохо на самом деле.
Он опустил руку и прекратил свои попытки противостоять краху Чистого Мира, а потом, издав усталый вздох, обхватил свою голову ладонями и с громким хрустом провернул её против часовой стрелки, пока его затылок не повернулся в моём направлении.
Его тело в тот момент окутало облако белого дыма, как это бывает при прекращении техники Превращения…
Наконец, спустя пару секунд, передо мной предстало чудовищное зрелище.
Эта сцена шокировала меня настолько, что мой кулак замер на месте, тем самым заставив меня невольно прекратить мои попытки проделать дыру в пустоту в полу Чистого Мира. По сути то, что я тогда увидел, потрясло меня, вынудив мои волосы на голове встать дыбом…
Из затылка Ооцуцуки Хагоромо торчала морда коричневой жабы, которая выглядела так, словно намертво срослась с головой сына Кагуи. Её равнодушные, но в то же время жестокие и злые глаза, внутри которых мне без особого труда удалось разглядеть узор Риннешарингана с десятью томоэ, смотрели на меня, не моргая.
Кроме того, примечательно и то, что сама жаба казалась не особенно большой. На мой взгляд по размеру она была приблизительно сравнима с теми из её сородичей, которых призывал Джирайя для перехода в Режим Мудреца.
«Вот оно как… А ведь эта жуть может объяснить немало странностей… — мысленно отметил я, — А ещё, это зрелище напомнило мне о том, как Тёмный Лорд впервые явил себя в конце первого фильма о Мальчике-который-выжил!»
На самом деле «Гарри Поттер и философский камень» — это единственная часть серии, которую мне удалось хорошо запомнить. И финальное событие с раскрытием главного злодея кажется очень похожим на то, что довелось пережить мне самому.
«Хм… Но разве это не означает, что после сегодняшнего дня мы с этим бедным шрамированным ребёнком можем считать друг друга товарищами по несчастью?» — задался вопросом я, — Пожалуй, да…'
Как ни странно, но когда я осознал всё это, то моё желание помочь предполагаемому Сириусу Блеку вернуться в родной мир заметно усилилось.
Тем временем, то земноводное, чья голова торчала из затылка Мудреца Шести Путей, наконец-то решило представиться.
— Имя мне Гамамару, — гнетущим голосом объявил великий жаба-мудрец, когда его морда, растянулась в зловещей ухмылке, — Знай же, что высшее существо, представшее перед тобой — это древнейший божественный предок всех жаб.
— Какая мерзость… — тихим голосом прошептал я, — Это действительно выглядит ужасно. Даже Какаши с головой Паккуна в его паху не показался мне настолько отвратительным.
Проигнорировав мои слова, жаба-мудрец продолжил свою речь:
— Теперь, когда ты знаешь правду, тебе придётся умереть здесь. Я не могу позволить тебе покинуть это место, даже если платой за это будет разрушение всего Чистого Мира.
По моему мнению, эта так называемая плата была не так уж и страшна. В конце концов, я уже морально подготовился к тому, что потеряю это тело. Однако перед этим, мне бы хотелось узнать о своём враге побольше.
— Разве ты уже не говорил, что намереваешься убить меня и пытать мою душу или что-то в этом роде? — сухим голосом осведомился я, — Какой тогда смысл снова и снова бессмысленно угрожать? Блин, серьёзно, это же только заставляет тебя выглядеть ещё тупее, чем ты есть на самом деле.
— Хм… — промычал он, а после чего к моему удивлению согласился: