Без потерь не обошлось и у нас. Двоих погибших обнаружили на моём корабле, ещё троих на подарке Атриуса. А общее количество серьёзно раненых, с лёгкостью перевалило за десяток. Меня это так сильно расстроило, что я без долгих колебаний приказал добить всех тяжело раненых у нападавших, а тех, у кого раны имели вид совместимых, с дальнейшей жизнью, выбросить за борт, нисколько не заботясь о их дальнейшей судьбе и не заморачиваясь о легитимности своих действий. Мне плевать, как на них отреагируют местные блюстители закона, я сам в этом мире давно в не закона, поэтому делаю так, как хочу и, как считаю нужным.
Всех пострадавших во время атаки, приказал перевести на мой корабль, где самолично оказывал первую медицинскую помощь каждому из бойцов, используя в качестве подручного Пашку. Остальные члены моего дружного экипажа, оказывается, попросту не умели ничего делать и на мои простенькие просьбы реагировали лишь тупым морганием, и топтанием на месте. Мой земляк не участвовал в сражении и очень сильно переживал по этому поводу, но я успокоил его сказав, что он ещё успеет кого нибудь убить, а сейчас от него требуется сделать всё, чтобы спасти хотя бы кого то из этих детей, прикрывших своими натренированными, но в сущности ещё такими маленькими, телами, наши с ним задницы.
К изучению трофеев приступил поздно, почти в сумерках. Да собственно и разбираться то было не с чем. Пока я врачевал, парни собрали всё самое ценное на обоих судах и перетащили его на наш головной, как оказалось, транспортный корабль. Гребцов освободили, но дальше делать ничего с ними не стали, ожидая от меня распоряжений по их дальнейшей судьбе. Помнят, наверное, как я обошёлся с ранеными нападавших, вот и решили, что не стоит торопить события. За свою несдержанность мне уже сейчас не по себе, представляю, каково потом будет. А больше у самонадеянных грабителей и брать было нечего, даже со жратвой, и пресной водой у них почти никак.
- Топите их, к чёртовой матери - распорядился я решив, что на этот раз брать чужие корабли мне не стоит.
Кто его знает, как они достались этим придуркам? Может они присвоили их после очередного, удачного нападения? А нести ответственность за чужие грехи мне не хочется, свои в рай не пускают.
- Подожди, как это топите?! Там же ещё добра навалом! - возмутился Павлик.
- Какого добра, Паша? - не согласился с ним я. - Там кроме прогнивших досок больше нет ничего.
- А паруса, а вёсла, а канаты? Этого тебе мало? Да ты посмотри сколько у них по бортам железяк наколочено - это же всё деньги. Нет Серёга, ты как хочешь, а я отсюда никуда не поплыву, пока всё это не соберу. Сам же мне потом спасибо говорить будешь.
Я посмотрел на горизонт, повернулся в другую сторону, вроде всё чисто и погода не сильно гуляет. Может действительно не торопиться?
- Ладно три часа тебе на разграбление, как победителю. А я, пока, с нашими делами разберусь. Попробую выяснить, с чего это вдруг на моём корабле, разные там мудаки, бунт решили подымать.
- А чё, у тебя кто то выступал? - спросил Павел, до которого информация о происшествии ещё не дошла.
- Было дело. Причём пятая колонна в самом начале боя себя проявила. Представляешь - ответил я ему, зло сплюнув на палубу.
- Пятая колонна? - переспросил Павел и с недоверием посмотрел мне в глаза.
Чего он там хотел увидеть? А кто их знает, деревенских этих, у них всё не как у нормальных людей.
Мои гребцы глазели на меня словно затравленные волки, по всей видимости, ожидая скорой расправы. Мысли их ходили почти рядом с моими, очень мне хотелось взять, да и проверить всю эту вшивую команду на умение держаться на воде.
- Ну что, сукины дети, свободы вам захотелось?! Решили в спину нам ударить, пока мы ваши же рожи от бешеных псов прикрывали?! - наклонившись над двумя представителями самой востребованной, на этих морских просторах, профессии, спросил я с пристрастием.
- Нет - почти без испуга, ответил мне один из них. - Мы и не думали ничего такого. Это те, хотели помочь своим землякам, а нам до них никакого дела нет.
- Землякам?! Каким ещё землякам?! - не совсем понимая о чём идёт речь, ещё громче спросил я.
- Да эти, которые выступать начали, земляками нападавших оказались. Вот и попробовали им помочь - пояснил напарник говорившего ранее, смертельно уставшего от непосильной работы, мужчины средних лет.
- А, как они об этом узнали?! - продолжая включать дурака, поинтересовался я.
- Так, когда оттуда кричать начали - он кивнул головой в сторону причаливших к нашему борту судов, где всё так же продолжали маяться их менее удачливые коллеги, - они и поняли, что заправляют на кораблях чуть ли не их родственники. Вот и помогли им, на свою голову.
- Грид! - крикнул я рулевому, - это правда, что мне тут втирают. Могла быть у наших гребцов родня на тех кораблях!?
- Запросто - подходя ближе, ответил мой всё знающий моряк. - Мы же этих прихватили тоже, можно сказать с улицы. Не выясняли, кто от куда родом, как попали в гребцы. Ты думаешь у этих, почему все привязаны были?
- Что, поэтому? Боялись бунта и встречи с земляками?
