Продолжение «АНГЕЛА С КАРТОННЫМИ КРЫЛЬЯМИ», но совершенно самостоятельное произведение, где главный герой Майкл уже на Маллорке мечется среди витрин с манекенами в поисках своих и любви... Сквоты, джойнты, секс, русская мафия, манекены, попытка творчества как стеб, френд похожий на Че - и все на сорока девяти страницах? Да... Да.
ФАМА И АНГЕЛ
(МИКРО-РОМАН)
1.
Sucedio gue un Fama bailaba tregua y bailaba catala delante de un almacen lleno de cronopis y esperanzas. Эта фраза не давала мне покоя. С тех самых пор, как я взял эту книгу в руки и случайно открыл именно на этой, 113 странице...
Эта и другие мысли - погода, работа, секс, прайса, граcс, лениво переваливались с боку на бок в голове, а пальцы привычно и знакомо разминали «бошки», плавили на пламени зажигалки и растирали «пластилин», уминая все перечисленное в длинную бумаженцию из черной пачечки с золотом букв «Кинг».
Взорвав первый утренний джойнт, я нагнулся и подобрал лежащий рядом с самодельным топчаном костыль. Без него некуда... Здесь в сквоте почти все самодельное: кровати - пружинные матрацы с улицы на поддонах от кирпичей, пластиковые ящики из-под пива - ночные столики, что попало - шкафы для шмоток и остального барахла...
Глядя на негнущуюся вытянутую ногу, всю в сизо-красных шрамах и худющую, как узник Освенцима, я вспомнил слова доктора - массаж, плавание, гимнастика и я вам гарантирую...Массаж, плавание, гимнастика... За массаж прайса, чистый пляж далеко, а вот гимнастики хоть жопой ешь...
Опершись на костыль и сильно оттолкнувшись левой рукой от топчана, я встал и задернув зиппер шорт, заковылял. А по другому и не скажешь... В дверь уже скреблась Кити за своей порцией утренней ласки, сквозь деревянные жалюзи струились лучи солнца играя пылью, слышался рев утренней улицы, превращенной в трассу. Уроды...
Отпихнув Кити костылем и захлопнув дверь перед ее черным носом - опять что-нибудь сгрызет, тварь четвероногая, и не обращая внимания на прыжки-визги, я побрел длинным полутемным коридором почты. Интересно, в каком или чьем кабинете я живу, на двери только след от таблички, вот и гадай...
-Буэнос диес, пирато, -
традиционно поприветствовала меня Роса, выпуливаясь из дабла. Куда кстати я и ковылял.
-Буэнос диес, Роса, -
тоже традиционно поприветствовал я коротко остриженную астурианку, ну уроженку Астурии, ну область такая в Испании есть... Дав ей дернуть со своего джойнта, я продолжил свой путь. За ободранную когда-то белым крашенную дверь.
Устроившись, как всегда в последний год - с горем пополам, на унитазе, вытянув свою бедную негнущуюся ногу и опершись локтем на подоконник. я предался привычному утреннему делу - размышлению... Сопровождаемое пыханьем... А что еще остается здесь делать? Но мне не дал подумать наглый стук и голос нетерпеливого Вилли:
-Руссо локо, я тоже хочу туда и дай мне дернуть твоего джойнта!.. И все на испанском языке с аргентинским акцентом...
Подхватив латиноамериканский бэг с «рабочим», я ощутил непривычную утреннею тяжесть. Старость не радость, маразм не оргазм, бормотал я под нос, повесив бэг на костыль и развязывая его. Черный бархатный мешок приличных размеров и увесистости, шарик завязки в сторону и содержимое на топчан. Оценив на глаз - 40-50 эуро и выхватив единственную сиротливо синеющую бумажку на расходы, я скомкал мешок и сунул его в бэг. Ну все, труба зовет, с минуты на минуту «собака», а мне еще и доковылять надо. Побежали...
Привычное бряканье дверной цепью, отмокнуть замок, выдернуть цепь, выскользнуть за решетчатую дверь не выпустив прыгающих собак, захлопнуть дверь, накинуть цепь с замком, замкнуть, уф...
На улице потоком ползли автомобили, микроавтобусы. Грузовики и траки, висел смог, стоял рев, летела пыль. Понт-д-Инка, предместье Ла Пальмы де Маллорки, капитолсити Маллорки, по местному Майорки, острова лежащего в Средиземном море недалеко... А вот и «собака», двери на кнопке, как в парижском метро, народу навалом, ехать всего ничего, пять минут. Но место все равно уступают, хоть и косятся на костыль. Костыль-то тоже самодельный, внешне, это что бы из образа не выпадал, так-то!..
Sucedio gue un Fama bailaba tregua y bailaba catala delante de un almacen lleno de cronopis y esperanzas - вспоминаю я, но не успеваю задуматься над смыслом фразы, но за окном замелькали дома Ла Пальмы, уже приехали... Заново отремонтированное здание вокзала или отстроенное под старое, засранное голубями дерево, голубое небо, яркое, но не жаркое солнце, плаза Эспаньол, бомжи на скамейках, свеже политые плитки улиц, на углу костел, католический конечно! и мне налево. Бреду-ковыляю. Редкие еще прохожие прячут взгляды, солнце уже не так печет как летом, все же конец сентября, но все же, все же... Маллорка не Аляска, тут и в сентябре ништяк. Кое-кто уже поднял железо на витринах, порядок наводит, впереди показались арки плазы Майор, площади старшего что ли, тут-то мы и куем прайса с глупых и доверчивых туристов...
Переоделся в «рабочее», мельком глянул в мутное стекло витрины - красавец и только! и на рабочее место, пока его Чарли не занял. Мы с ним не конкуренты вроде, даже на одном языке можем поболтать, ну для меня родном, для него наполовину, это если не считать испанского и английского, но за место у двух столбов!.. Кто первый прибежит - тот и встанет, но чаще всего все же я, хоть и на костыле, видать Чарли спать любит...