- Не нуди, Томоэ, - отмахнулась Карма. Она лежала на огромной кровати, закинув ноги на стену, и ее шикарные волосы застилали большую часть постели, спадая на пол ярко-рыжими волнами. - Мы уже несколько столетий почти безвылазно торчим в Затерявшейся Мечте, периодически сменяя ее на Лорнфолкскую Башню, и, согласись, это ужасно скучно.
- Чем тебе не нравится моя башня? - с притворным недовольством поинтересовался Томоэ, отворачиваясь от зеркала и направляясь к собеседнице. Его не менее длинные, чем у Кармы, серебряные волосы окутывали голый торс демона подобно плащу.
- Тем же, чем и моя Затерявшаяся Мечта, здесь скучно, к тому же, ты ведь знаешь, я не могла отказать Каденции.
Лис хмыкнул и Карма поняла, что попала в точку. Они оба, как никто другой знали, что отказать Каденции было бы как минимум дурным тоном. Слишком давно они друг друга знали и слишком многое связывало старинных друзей. Каденция был невероятно могущественным жнецом, настолько сильным, что смог переродиться в самого себя целых три раза, хотя считалось, что даже один раз провернуть такое практически невозможно. Умирая, потенциальные жнецы перерождались, но вот если убить состоявшегося фамильяра Мастера Владеющего Душами, его душа превращалась в чистую энергию жизни, не способную к перерождению. Могущество, способное оставить душу жнеца в целости и дать ей снова возродиться в человеческом теле, было просто фантастическим. Недаром Каденция был первым и главным над всеми жнецами, никто не смел ослушаться его слов. Чтобы убить его, нужно было огромное количество акалетов. Прежде чем жнец все-таки проигрывал в сражениях, он отправлял их на тот свет сотнями. Каждый раз перерождаясь, он играючи проходил Испытания и вспоминал о своей истинной сути еще при человеческой жизни. И даже когда смерть настигала его, превратившись в жнеца, внешне он становился таким же, как после первого перерождения, когда смог похвастаться самым долгим сроком жизни после прохождения Испытания.
Когда это случилось в последний раз, ему было восемь. Абсолютно непохожий на современных в тот момент жителей ребенок с ядовито-красными волосами и холодными ничего не выражающими зелеными ледышками глаз в изодранной одежде сидел на деревянной пристани, болтая ногами. Зарево пожаров полыхало на полнеба, от небольшого городишка, в котором он жил, не осталось ничего, кроме обуглившихся остовов. Эта его человеческая жизнь пришлась на междоусобные войны, сражения прокатились по всей стране. Услышав тихий шорох, он, не оглядываясь, сказал:
- Ингея, выходи уже, сколько можно там прятаться?
Карма, недовольно поджав губы, вышла из своего укрытия. Она следила за ходом его Испытания и после завершения собиралась уйти, но он ее заметил. Она всегда следила за Испытаниями этого необыкновенного жнеца и каждый раз, когда он погибал, надеялась на то, что он снова сможет вернуться. Он был умен и хитер, отваги в мужчине было на десятерых. Еще будучи человеком во времена первой цивилизации и не подозревая о существовании потустороннего, он заинтересовал Карму своим необычным для представителя тогдашней аристократии мировоззрением и незыблемыми принципами. Нелюбимый младший сын влиятельных родителей, которые так ждали девочку, был изгоем в семье и обществе. Чуждый к общепринятым развлечениям и образу жизни, он подвергался травле не меньше лисиц на собачьих соревнованиях, но все равно упорно продолжал двигаться в лишь ему известном направлении. Он прожил удивительно много как для потенциального жнеца, прошедшего Испытание, и весь остаток своей не самой долгой жизни посвятил упорным попыткам оставаться человеком в начавшем прогнивать от вседозволенности мире.
Его убил собственный старший брат. Каденция был мастером-магом - создавал под заказ невероятное оружие. Мечи, пистолеты, луки и многое другое. Его брат Камелий, питавший нездоровую слабость к собачьим травлям, не поделил выигрыш с одним из подельников и решил разобраться с ним по-своему. Раздобыть оружие без специального разрешения было практически невозможно и он обратился к Каденции. Однако тот отказался помочь и пал от выстрела недавно изготовленного им же пистолета.
- Ты блестяще справился, друг мой. И вспомнил меня еще при жизни, весьма достойно.
- Шеф был в ударе, работая над моим созданием, - хохотнул ребенок, а затем произнес со всей серьезностью, на которую ни один восьмилетний мальчуган не был способен: - Ты ведь понимаешь, о чем я тебя сейчас попрошу?
- Да, и мне не очень нравится эта часть нашего диалога, - сказала демон.
- Брось, это все такие мелочи. Я хочу поскорее вернуть себе привычный вид и заняться работой, в роли человека мне однозначно уже нечего здесь делать. Ну, а раз ты здесь, то почему бы и нет. Это гораздо удобнее, чем заниматься попытками суицида или ждать своей естественной или не очень смерти.
- Черт, ну ладно. Только не вздумай меня потом этим попрекать.
- Это всего лишь человеческая оболочка, не стоит так заморачиваться. Давай в сердце.
