Кстати, когда я только приехала в Брендино, часов в десять вечера позвонила своей подруге Лизе Карпенко и начала рассказывать ей об Аллочке. В самый разгар беседы в мою спальню вошел без стука Костя, отнял у меня трубку и… Стоп, то, что случилось потом, не предназначено для ушей даже близких приятельниц. Но я совсем о другом – по какой причине сейчас-то Костик топтался перед дверью? Ответ один.
Я втащила Франклина в комнату.
– Ты решил, что я общаюсь с Олегом? Подумал, мы с ним собрались возобновить прежние отношения? Это невозможно! Я никогда не штопаю носки, всегда выбрасываю дырявые.
– Удачное сравнение, – вздохнул Костя. – Надеюсь, я никогда не превращусь для тебя в порванные колготки или сношенные туфли. Ладно, ты права. Я услышал из-за двери тихий бубнеж, слов не разобрал, но сообразил – ты треплешься по мобильному. С кем можно болтать на ночь глядя?
– Ты меня заревновал, – обрадовалась я. – У меня много друзей, которые в полночь бодрствуют. Я беседовала с Тоней Грымовой, она сотрудница бригады Олега, мы с ней вместе помогаем подполковнику. Кстати, Куприна отправили в командировку, его в Москве нет. А роуминг вещь дорогая, у полицейского баланса на телефоне на долгий треп не хватит.
– Может, расскажешь, чем ты занимаешься? – попросил Костя, поудобнее устраиваясь в кресле.
– Извини, нет, – твердо ответила я, – это не моя тайна. Спасибо, что помог, позвонил полицейскому начальнику, который велел спецбригаде заняться убийством Елены и Натальи, но Олег просил меня со всеми подряд не откровенничать.
– Я попал в разряд всех? – уточнил Костя. – Полагал, что у нас особые отношения, в них вранью нет места.
Я начала закипать.
– Я не лгу тебе, просто кое о чем умалчиваю.
Костик положил ногу на ногу.
– Это почти одно и то же.
Я ринулась в бой.
– Ты тоже со мной не до конца откровенен, но я никогда не требую от тебя отчета, не расспрашиваю, как ты ведешь бизнес.
– Но это же неинтересно, – пожал плечами Костя. – Совещания, заседания, партнеры…
Я вытащила из рукава джокер.
– А газета «Лупа»?
Константин замер, и я продолжила:
– Понятия не имела, что ты хозяин этого издания, и ломала голову, почему раньше журналисты из «Лупы» публиковали малоприятные снимки писательницы Арины Виоловой, например, как я, выходя из машины, упала в лужу, а потом вдруг перестали. Над всеми знаменитостями «Лупа» подсмеивается, а меня для нее как будто нет. Знаешь, я подумала, что съехала со своей небольшой горки славы, желтая пресса более не считает, что мои снимки привлекут покупателей, я никому не интересна. А затем случайно узнала фамилию хозяина листка и сообразила: ты велел не мусолить мое имя. Так?
Костя поднял обе руки.
– Вилка, извини! «Лупу» я купил в незапамятные времена. Вначале хотел заняться созданием мощного издательского холдинга, но потом понял – это не мое. И переключился на другие проекты. Еженедельник же остался на рынке. И, согласись, он на фоне «Желтухи», «Трепа» и прочих изданий невинный агнец, специализируется на снимках знаменитостей, попавших в нелепые или смешные ситуации. Ну, например, известная актриса принимает цветы от поклонника, а тот от восторга начинает орать и теряет вставную челюсть. Или: телеведущий идет на тусовку и роняет ботинок, поднимаясь по лестнице. Или еще: писатель обнаружил в салате, поданном в ресторане, гусеницу и в ужасе смотрит на вилку. Иногда «Лупа» делает постановочные съемки, вроде телепрограммы «Розыгрыш». Вполне невинно, даже мило. Никакой жести, аварий со смертельным исходом, репортажей из палат реанимации.
– Но ты все равно мне не рассказал, кому принадлежит «Лупа», – наседала я.
– Верно, – сдался Костик. – Если честно, я не знал, как ты отнесешься к известию о том, что я владелец еженедельника.
Из открытого окна в комнату начала вползать ночная сырость, я решила набросить на плечи шаль.
– Ну а я не сообщила, чем мы с Тоней занимаемся, потому что мы влезли в непростое дело, связанное с маньяком. Похоже, нам с тобой надо учиться быть откровенными друг с другом. Знаешь, в чем проблема?
– Ну? – напрягся Франклин.
– Ты очень мне нравишься, я вполне по вкусу тебе, мы прекрасно общаемся, пока речь идет о совместном досуге, и в постели довольны друг другом. Но вот на более серьезный уровень отношений, когда между партнерами устанавливается полное доверие, не переходим, потому что оба пару раз в жизни обжигались и не хотим повторения негативного опыта.
Костя потер затылок.
– Честно признаюсь, я считаю бизнес делом, неинтересным для женщин. И побаивался, что «Лупа» не является твоей любимой газетой. Но ты права, я не в восторге от того, что ты помогаешь бывшему мужу.
– Олег попал в трудную ситуацию, – пояснила я. И поведала Франклину о служебных проблемах Куприна.
– Дело, в которое вы с незнакомой мне Антониной кинулись очертя голову, опасно? – спросил Костя, выслушав меня. – Можешь хоть в общих чертах описать его?
Я замялась, но в конце концов решилась.
