Подкатив тележку к стулу, она унесла перчатки к обломку стены за спиной Кирамман. Которая начала мычать на свою посетительницу, но той было безразлично. Она, напевая себе под нос песенку, продолжила свои приготовления к предстоящему событию. Вот почему ее она заметила, а меня проигнорировала? Подойдя к тележке, она вывалила сестру на пол, откатив тележку в сторону, стала затаскивать ее на стул. Усадив Вай, она обвила ее толстым канатом, а остатки каната кинула в мусор у стены. Продолжив свои приготовления, посадила мягкую игрушку кролика на стол у подсвечника, между Вай и стулом с надписью «Паудер». Также достала хакстек и положила его на пирожное, стоящее на подносе, вместо вишенки и закрыла полусферической крышкой. Постояв и подумав, она унесла ее в сторону Кирамман, оставив у обломка стены. А я думал, что он тоже испорчен, а он, оказывается, ещё съедобен. Положив у ног Вай музыкальную шкатулку с вращающимися мини-планетами, она вставила в нее бенгальские огни и подожгла от зажигалки. Отойдя в сторону, она забралась на мостик по винтовой лесенке и стала ждать, когда очнётся Вай. У музыкальной свечки был настолько противный звук, что даже бессознательная Вай не выдержала и пришла в сознание.
Вай полностью очнулась, когда бенгальские огни прогорели на треть. Очнувшись, она стала дёргаться и смотреть по сторонам, но для нее было слишком темно. Паудер, как только увидела, что Вай очнулась, чуть оживилась и стала говорить, водя пальчиком по остаткам перил на мостике.
— Я думала, что похоронила это место, — грустно начала она говорить, — Но, видимо, ошибалась!
— Паудер? — завертела головой Вай.
— Даже мертвая не хочет умирать. — произнесла Паудер и стала спускаться по лестнице, ведя по перилам пальцем.
— Мы тут одни? — интересуется Вай, вертя головой, пытаясь найти Паудер на голос.
— Пока да. — проговорила Паудер, спустившись и идя по кругу от источника света, оставаясь в темноте. — Может быть, навсегда. — неуверенно говорит она, продолжая расхаживать по свободному пространству.
— Хочешь скажу секрет? — интересуется она и тут же продолжает, не дожидаясь ответа. — Силко верит, что он создал Джинкс. Своей пустой болтовней и жестокими уроками. Ха-ха. — грустный смех. — Избавься от сомнений, Джинкс! Стань тем, чего они боятся, Джинкс! Словно ничего не изменилось с тех пор, как Вандер его покинул. Но не он сотворил Джинкс! — появилась она в круге света. — А ты!
— Прости, Паудер! — сказала опустившая голову Вай. Повернув голову к Паудер, вышедшей на свет. — Я не хотела тебя бросать.
— А ты и не бросала, я всегда тебя слышала. — и стала вновь кружить по помещению. — Тени на улицах, мурашки по спине, ха-ха. — снова грустный смешок. — Твой голос утешал, придавал мне сил, когда вокруг сплошной мрак. Я жива лишь благодаря тебе!
— Я провела столько ночей в той поганой тюрьме, на ледяном полу, голодная, избитая, считая часы. Единственное, единственное, что держало меня на плаву, желание вернуться к тебе. — бойко начала Вай.
Как только она договорила, бенгальский огонь потух и погрузил помещение в темноту. Но не для меня. Я видел ее как будто в тени. И, видимо, Паудер тоже видела. А вот Вай вертела головой в попытках хоть что-то разглядеть.
— Мы с тобой всё ещё сестры? — спросила неуверенно Паудер, подходя вплотную к Вай.
— Ничто и никогда этого не изменит. — произнесла Вай и тут же отшатнулась от света зажигалки перед лицом, которую зажгла Паудер.
— Я всегда знала, что ты вернешься. — произнесла Паудер и стала разворачивать стул с Вай к столу.
— Что происходит? — запаниковала Вай, не в силах что-либо изменить.
Обойдя Вай, Паудер подошла к столу и эффектным броском зажигалки через весь стол зажгла свечи. И как только не попала в Силко. Вот бы был бы прикол, если он загорелся. Какое бы вырождение было бы у Вай и что бы делала Паудер? Как только свечи загорелись, на люстре, висящей над столом, кстати, тоже, Силко стал приходить в себя.
— Он забрал у нас всё. Здесь он вонзил в Вандера нож в спину, он бы и со мной поступил так же! Всё твердил, что ты бросила меня, хотя знал правду. Лжец! Хм, кое-кого не хватает! — бодренько произнесла Паудер и пошла к Кирамман. Вот только она надела перчатки и взяла поднос с десертом и стала возвращаться, неся поднос на вытянутых руках. И откуда столько сил таскать эти громадины, надо будет попробовать их поюзать, может, они лёгкие. Дойдя до стола, она скинула поднос на стол перед Вай, сбросив перчатки на пол, которые грохнулись, как две гантели, подняв небольшие оболочки пыли, говоря о том, что они нифига не лёгкие. Размяв пальцы, Паудер взялась за ручку сферической крышки.
— Сегодня утром я навестила твою девушку. — стала нагнетать атмосферу Паудер.
— Что ты сделала? — спросила запаниковавшая Вай.
— Сделала закуску. — игриво ответила Паудер и стала медленно поднимать крышку, играя на нервах Вай. И как только Вай была на пике паники, резко сняла крышку.
