Николай почувствовал, как температура вокруг поднимается и становится трудно дышать. В груди начинало гореть, словно там появлялась дыра с обугленными краями. Она стремительно росла и будто выпускала огонь, таившийся в глубинах.
А картинки мелькали. Их становилось все больше, они окружали, сливались друг с другом, двигались. Но не являли собой что-то целое. Словно кипы бумаг, рассеянные по ветру.
— Николай!
Первый почувствовал, как опора исчезает и он оказывается в пространстве. Но в следующий миг он упал на что-то холодное, и в плече стрельнуло так, что из глаз едва не посыпались искры. Этот удар вышиб из легких воздух, распугал все картинки. Изображения исчезли так же внезапно, как и появились.
— Ты как?
Николай захрипел и поднялся. Как оказалось, он лежал на траве. Тимофей уже успел обратиться в человека и был в своей одежде. Выглядел он довольно странно: в некоторых местах одежда словно вросла в кожу и была покрыта по краям красной коркой.
— Не знаю, что это было, — с трудом сказал Николай. — Я просто по ошейнику ударил, и…
Тимофей вытаращил глаза.
— Ты… Что ты сделал? — переспросил он.
— Просто ударил и все. Мне показалось, что меня раздробили на тысячу кусочков, и каждый кинули в миксер. А ещё…
— Он треснул.
— Что?
— Он треснул, — ошеломленно повторил Тимофей.
Николай в недоумении провёл по ошейнику рукой. Медленно, немного побаиваясь того, что может там обнаружить. По кости, а потом решился и тронул камень. Кроме ожидаемых симметричных граней парень нашёл едва ощутимую трещину, начинающуюся от центра и идущую к границе.
— Ты с какой силой бил? — нервно усмехнувшись поинтересовался Тимофей.
— Я от души вложился, — так же ответил Николай.
Зверев передернул плечами и с рычанием изогнулся. На глазах у Николая Тимофея охватил огонь. Одежды взметнулись, закружились, и когда пламя погасло, перед Первым опять стоял Огненный волк.
— Ты превращаешься с одеждой? — изумился Николай. — Куда она девается?
— Огненный Дракон успел научить меня такому фокусу, — ответил Тим. — Пришлось очень кстати. Но я до сих пор не очень хорошо пользуюсь такой техникой, поэтому при превращении обратно в человека одежда местами врастает в кожу. Больно, но не смертельно.
Огненный волк повернулся боком, и Николай снова залез ему на спину. Кинув взгляд на горизонт, Первый заметил вдали что-то высокое. По силуэту напоминало…
— Мы дошли, — облегченно выдохнул Николай.
— Да, — проурчал Тимофей. — Ты не приходил в себя долгое время. Сначала отключился, а потом забился в лихорадке. Только тогда я тебя скинул на землю.
Николай осекся.
— Но… Это длилось не так долго… — пролепетал он.
— Наверное, это тебе так казалось.
Вдруг позади раздался протяжный вой, и Тимофей резко обернулся, навострив уши. Огненный волк прищурился.
— Черт, почти нагнали, — прорычал Зверев и перевёл взгляд янтарных глаз на Николая. — Сможешь крепко держаться?
— Да, — уверенно сказал Первый, уже усилив хватку.
Плечо отозвалось вспышкой боли, но Николай мысленно приказал себе терпеть.
Тимофей кивнул и перешёл на бег. Вой вдали подхватили ещё несколько голосов, и Николай со страхом понял, что там далеко не один отряд. Если их нагонят, то им точно не отбиться от такого количества врагов.
Николай отбросил мрачные мысли и устремил взгляд вперёд. Там, на фоне заходящего солнца, стоял разрушенный Санкт-Эринбург. Ещё немного, и лучшие друзья пройдут дорогу до конца.
Комментарий к Часть 15. Трещина
Ребят, а мы скоро приблизимся к части, где произойдёт резкий сюжетный поворот. Может, кто-то из вас о нем догадывается, но сразу говорю, что это — далеко не конец фанфика. Можем считать, что фанф немного после сюжетного поворота разделится на две части — на фанф от лица Николая и на фанф от лица… Димки🌚
========== Часть 16. Финишная прямая ==========
Николай оперся спиной о стену и обесиленно съехал вниз. Тимофей взлохматил свои серые волосы и огляделся по сторонам, то и дело проверяя округу на наличие опасности.
Николай видел, что Зверев то и дело задерживал взгляд на разрушенных зданиях. Пустынные улицы, на которых валялись перевернутые покорёженные машины и мусорные баки. Высокие небоскребы, величественные на Земле, сейчас являли собой однотипные шпили без крыш и стёкол. Стёкол не было практически нигде: в домах валялись лишь осколки.
Николай и Тимофей остановились в одном таком здании. Стены покрыты неизвестно откуда взявшейся паутиной и пылью, которой было так много, что пылинки можно было без труда разглядеть даже в воздухе. Все двери были распахнуты, с вырванными замками и поцарапанные изнутри. Словно в каждой комнате жили не люди, а какие-то чудовища, которых старались держать взаперти.
Николай предполагал, что и такое возможно.
На улице уже почти стемнело. Николай повернул голову и вновь взглянул на Тимофея. Зверев ушёл глубоко в себя и пустым взглядом смотрел перед собой, уронив голову на скрещённые на подоконнике руки.
А ещё Николай чувствовал, как на него давит здешняя гробовая тишина. Неправильная.
Первый пихнул Тимофея в бок. Зверев от неожиданности вздрогнул и посмотрел на лучшего друга.
