— Замечательно! А до этого ты упомянул, что в быту у нас нанотехнологии, а в отношении элюра — ручной труд. А ты подумал, что если мы применим нанотехнику при выращивании элюра, наноботы могут внедриться в его плоть и напрочь изменить все свойства. Хорошо, если элюр при этом погибнет, а если нет? Это будет уже не элюр, а нечто чудовищное и непредсказуемое.
— Не внедрятся. У наноботов предусмотрена программа самоликвидации после окончания работы или при отклонении от заданного режима.
— А кроме того, у них имеется постоянно действующая программа самовоспроизведения. И я не могу утверждать наверное, какая из этих программ возобладает. К тому же не надо забывать, что наноботы — объекты молекулярного уровня. Они чрезвычайно легко мутируют. Представь, что они возьмут пример с тебя, начнут работать не «как следует», а «как лучше», и изготовят коллеге Фермену ложку с термоядерным приводом, которая станет кормить коллегу насильно, пока у него брюхо не лопнет.
— Этого не может быть. В каждой наносистеме существуют специальные наноботы-убийцы, которые уничтожают любой объект, чьи параметры отличаются от нормативных.
— А если мутировавший нанобот никак не нарушает технологический процесс, но потенциально способен это сделать? Его тоже отбраковывать?
— Разумеется, — ещё не осознав, куда клонит собеседница, ответил Маркел. — Это же основы техники безопасности.
— Ну вот, — резюмировала госпожа главный контролёр, — я знала, что ты умница и поймёшь, за что тебя отбраковывают. И чем ты в таком случае недоволен? Да ты не беспокойся, вешать тебя я не собираюсь; активизируем программу самоликвидации, а всё остальное ты сделаешь сам.
Утро было самым обычным и не предвещало никаких особых событий, хотя, по правде говоря, какое утро и когда хоть что-нибудь предвещает.
Генеральный Менеджер компании «Вам будет что вспомнить! Инк.» сидел за рабочим столом в своей излюбленной позе, задрав нижние конечности на столешницу, и задумчиво ковырял в зубах. Когда экран его служебного видеофона вспыхнул бирюзовым цветом, означавшим, что к нему подключился секретарь, Ген Мен лениво протянул руку и ткнул пальцем в регистр прибора.
— Ну что там еще?.. — буркнул он, не дожидаясь, когда на экране появится симпатичная мордашка его мобильного секретаря.
— Один из клиентов настаивает на личной встрече с вами! — бодро доложил мелодичный голосок.
«Ну вот! — мрачно подумал Ген Мен. — Опять какой-то скандалист явился требовать назад свои галакты. Интересно, чем мы этому-то не угодили — недостаточно бурная страсть, слишком мало славы или просто чересчур быстро вернулся назад?..»
Это были три основные причины недовольства клиентов «Вам будет что вспомнить! Инк.» и в обязанности Генерального Менеджера как раз входило убеждение недовольных в невозможности получения хоть какой-то компенсации. Ген Мен вздохнул, пробурчал:
— Раз он настаивает, мы его примем… Проводи его в мой офис… — и принялся приводить себя в рабочее состояние.
Он отключил видеофон, стянул конечности со стола и, набрав гостевой шифр на панели экспресс-бара, принял донельзя занятой вид. Через секунду в кабинете прозвучал мелодичный звоночек, сигнализировавший, что посетитель находится в трех шагах от двери. Ген Мен нажал ярко-красную кнопку, спрятанную в подлокотнике кресла, и дверь распахнулась. Этот жест предупредительности всегда самым благостным образом влиял даже на совершенно рассвирепевших клиентов.
Но на этот раз в офис Ген Мена вошел явно не склочный скандалист, требовавший возврата заплаченных за участие в Аттракционе денег. На пороге возник спокойный, уверенный в себе, но несколько задумчивый субъект, среднего возраста в изысканно дорогом, наряде и с изумрудной тросточкой в первой руке. Бегло осмотрев шикарный кабинет Генерального Менеджера, он пробормотал что-то вроде: «Тускловато живет местный Ген Мен…» — и, не спрашивая разрешения, спокойно направился к креслу для посетителей.
Разместившись напротив дежурно улыбавшегося Ген Мена, посетитель махнул одним из указательных пальцев вверх-вниз:
— Сотрите свою улыбку, любезный. Я не собираюсь у вас ничего выпрашивать.
— Тогда чем могу служить? — явно невпопад спросил Ген Мен, несколько опешивший от столь неожиданного обращения.
