На берегу их уже ждали. Воины, раздетые по пояс, выстроились в две цепочкой, друг напротив друга. Заканчивался своеобразный коридор двумя четверками викингов, державших на плечах щиты. Как только молодые приблизились, воины, находящиеся в цепочке, выкрикнув боевой клич, обнажили мечи, подняв их вверх. Клинки сверкнул в лучах восходящего солнца, опустившись стоящему напротив товарищу на предплечье. Первая пара встала на одно колено, опустив мечи почти до самой земли. Каждая последующая пара приподнимала клинки на расстояние шага, образуя лестницу. Жених с невестой, держась за руки, прошли по этим ступеням, взойдя на щиты, держать которые выпала честь лучшим из лучших. Встав, лицом друг к другу перед лицом богов и собравшихся свидетелей, молодые принесли клятву любви и верности. Когда торжественные слова стихли двое воинов, на кончиках мечей, преподнесли им кольца, которыми они обменялись. По тем же ступеням, теперь уже муж и жена, спустились на землю.
Далее Павла ожидало новое испытание. По древнему обычаю, он подхватил на руки молодую супругу и под одобрительные крики понес ее к замку. За весь не близкий путь, новоиспеченный муж ни разу не споткнулся. Это свидетельствовало о том, что жизнь семьи будет спокойной и благополучной. Мэгрит, прижимаясь всем телом к Павлу, перебирала пальцами его волосы, находясь в счастливом полузабытье. В эти минут, весь мир перестал для нее существовать. Очнулась она, когда муж внес ее в ворота замка. Продолжая держать жену на руках, Павел пересек двор и вошел в торжественно украшенный зал. Толпа вокруг ликовала, потрясая оружием. Однако без происшествий не обошлось. В тот момент, когда молодой супруг переступил порог замка, отвлекшись на то, чтобы случайно не задеть супругой о косяк, какой-то ловкач, успел сдернуть с ее ноги туфлю. Вначале этого ни кто не заметил. Но когда Павел поставил Мэгрит на пол, она забавно запрыгала на одной ножке.
– А туфелька-то, у нас! – раздались радостные возгласы, – хотите получить ее назад, давайте выкуп!
– Мне для своей любимой ни чего не жаль!
Павел отцепил от пояса туго набитый кошель, ослабил завязки, высыпал на ладонь горсть желтых круглишков и швырнул их в толпу. Монеты со звоном раскатились по полу.
Толпа восторженно загудела. Туфля пошла по рукам, вернувшись к своей хозяйке.
Гости стали рассаживаться. Их оказалось больше, чем предполагалось. Проблему решили быстро. Принесли дополнительные столы, которые тут же были накрыты расторопными слугами всем необходимым.
Рассевшись по своим местам, гости тут же принялись уничтожать угощения. Создавалось впечатление, что они специально голодали не меньше недели. Но быстрее всего исчезало вино. Слуги сбились с ног, внося все новые бочки, наполняя кувшины, разливая по стремительно пустеющим кубкам и чашам.
Молодые сидели на почетных местах. Им дозволялось, мало есть, и немного пить. Впереди их ждала первая брачная ночь.
После нескольких тостов в честь молодоженов, началось самое настоящее веселье. Кто-то о чем-то спорил. Кто-то громогласно похвалялся своими ратными подвигами. Кто-то орал во все глотку песни.
– Ха! – Павел почувствовал сильный удар по плечу. Он поднял голову. Оказалось, что это Торблен, просто опустил на него свою огромную руку. Его пьяная физиономия светилась широкой улыбкой, – а я говорю, что наш ярл, самый сильный кулачный боец! Он может одним ударом опрокинуть любого! Не глядите, что он телом щупловат! Силы в нем как у Тора! Ну что! Есть среди вас смельчаки?!
– Я готов!
– Нет, я поспорю с ним силой и ловкостью!
Количество желающих росло с геометрической прогрессией. Между столами стало тесно от желающих. Все претенденты отличались не дюжей силой и впечатляющими размерами.
Отказываться было поздно. Позора не оберешься. Павел нехотя поднялся.
– Ну, спасибо тебе Торблен, – он с укором взглянул на улыбающегося великана, – удружил. Так я и свадебного ложа не доберусь.
– Не бойся, – подтолкнул его Торблен, – если потребуется, я тебя сам в спальню отнесу. Вот ты, Вистас, – он указал пальцем на самого могучего воина. Тебе не было до сего дня равных в кулачном бою. Попробуй свалить нашего ярла!
Чернобородый великан расправил свои плечи, выходя вперед. Рядом с ним даже Торблен уступал в размерах. Что уж говорить о Павле, который ростом доходил ему до подбородка.
Взревев, словно медведь, Вистас первым пошел в атаку.
Удар! Еще удар! Его огромные кулаки мелькали, словно крылья мельницы в ветреную погоду, рассекая пустой воздух. Павел легко уходил от противника, то отклоняясь, то подныривая под руку. Схлопотать, вот такой кувалдой, ему совсем не улыбалось.