— Ты говорил про караван с минимумом охраны, но если это караван, то минимум явно больше четверых. Выходит, ты меня обманул. А что я тебе обещал?
— П-погоди, — от возбуждения Петро начал заикаться. Хотя такая мелочь, как непонимание и попытка его покалечить не могли испортить радости. — Это не караван. Караван стоял где-то рядом. Смотрите. Я думаю там, впереди.
Старик молча кивнул, и несколько мертвяков исчезли в лесу, расходясь веером. Старик был сердит и серьезен. Петро не обратил на это ни малейшего внимания. От мысли, что обидчики будут наказаны, он был счастлив, как ребенок.
— А здесь мои голубчики стояли, — протянул он.
Упырь опустился на колени и приблизил лицо к углям.
— Недавно ушли.
Голос Петро стал приторным и мерзко-тягучим, как патока. Старый упырь поморщился. Через минуту затрещали ветки, и на поляне появилась пара разведчиков.
— Они там стояли. Телег десять, даже больше. И нагружены сильно.
Петро поднялся на ноги и победно посмотрел на старика.
— Ладно, извини, — сменил гнев на милость тот.
— Не страшно, — милостиво отмахнулся Петро.
Он чувствовал, что удача снова поворачивается к нему лицом. Чувствовал себя победителем. А победителям свойственно великодушие.
— Идем, — кивнул старик, — они почти у нас в руках. Жалко будет упустить в последний момент.
— Не упустим, — змеей прошипел Петро.
В его гнилой голове выстраивались картины мести. Сначала он раздерет на части скелет. Возьмет что-нибудь острое и разберет его на запчасти. Косточка за косточкой. Старая гадина будет жить, но только по частям. Хотя нет, сначала он вернет себе свое, кровное. Заработанное. А потом возьмется за старика… косточка за косточкой.
Петро зажмурился от удовольствия, как греющийся на солнышке кот, которому поднесли бадью сметаны.
Над болотом клубился туман. Смешивался с сумерками, растворял чахлые почерневшие деревья, плесневелые кусты. Звуки здесь становились глухими и странными. Казалось, вот он, остановившийся караван. Совсем близко. Но голоса погонщиков и отдающего распоряжения советника Мора звучали далеко и глухо. А порой какую-то фразу доносило так, словно говорили вовсе над ухом.
— Это надолго, дорогой советник. Они еле шевелятся.
Винни, вместе с Дерреком и Мессером из кустов следивший за тем, как останавливается и перестраивается караван, вздрогнул. Голос лысого сейчас прозвучал, кажется, совсем рядом. Хотя тот стоял далеко возле телег и советника.
Мора что-то ответил, но звуки снова сделались глуше, и Винни не разобрал слов. Зато фигуры советника и убийцы двигались теперь красноречиво и гротескно, словно в театре теней.
Они обменялись еще несколькими фразами. Потом лысый развернулся и пошел прочь. В туман, в болото. Обиделся, что ли? Утопнет еще чего доброго, и тайна яда, которым он отравил Винни, пропадет вместе с ним.
Юноша дернулся вперед. Первым желанием было вырваться из кустов и гнать следом за лысым. Не вышло. Его резко дернуло назад. Сразу с двух сторон. Вернуло на место. Винни повернулся. За одно плечо крепко держал Деррек, на втором почти повис Мессер. Неужели он так сильно дернул?
— Он уходит, — отчаянно прошептал Винни.
— Далеко не уйдет, — едва слышно произнес Мессер.
И оказался прав.
Вскоре совсем стемнело. Упыри-возницы сгружали остатки ящиков, которыми оказались завалены телеги, уже в кромешной тьме. И хотя они зажгли какие-то фонари, время от времени из темноты раздавались звуки столкновений, грохот падающих ящиков и площадная брань.
Винни нервничал. Как оказалось, напрасно. Вскоре вдалеке над болотом поднялось зарево, приблизилось, оказавшись светом новых фонарей. Замелькали фигурки людей. Много. Среди них Винни заметил лысого и чуть успокоился. Хотя до полного успокоения было далеко. Люди пришли не налегке. Разбившись по парам, они тащили здоровенные бочки. Складывали рядом с ящиками. Винни был готов поклясться, что это на самом деле живые люди. И судя по манере одеваться и говорить — жители Витано. Вот только почему они так спокойно реагируют на упырей? Выходит, кто-то, помимо советников, тоже в курсе реального положения вещей.
Люди, казалось, не замечали того, что рядом с ними возятся мертвяки. Они сгружали бочки, перекидывались короткими фразами. Кто-то даже шутил, другие весело поддерживали шутку бодрым хохотом.
По всей вероятности, на болоте сейчас происходил обмен. Мертвяки снова оживились и принялись тягать бочки на телеги. Люди взамен бочек подхватывали ящики и шли обратно.
Лысый с чувством выполненного долга присел на край телеги и смахнул пот.
Люди тем временем поднесли последние бочки и, похватав последние ящики, удалились. Шум и свет постепенно скрылись из пределов видимости. Снова стало совсем темно.
Винни потер глаза, словно от этого стал бы лучше видеть. Что-то ткнулось в бок. Юноша повернулся. Рядом стоял Деррек с пальцем, прижатым к губам. Винни вскинулся. Вампир в ответ кивнул вперед, пригнулся к земле и легкой тенью заскользил в сторону телег.
Винни поторопился следом, стараясь двигаться также неслышно.
«А Мессер что же?» — пришло в голову, но тут же и потерялось.