Я чувствовал себя словно в невесомости. Как будто я не могу понять, где верх, а где низ, оттого, что они постоянно меняются местами. Я запретил себе думать об этом — и все равно, весь остаток дня об этом думал.
Каждая попытка собрать голыми руками разваливающийся мир вызывала тошноту и головокружение. Живя в мире Чернолесья, я был уверен, что если когда-нибудь вернусь домой, то хотя бы обрету твердую почву под ногами. Но этого не случилось — я все еще не знал, где сон, а где явь. И сейчас, стоя посреди кухни, окончательно осознал, что есть лишь один способ узнать правду. Хотя бы попытаться узнать.
— Куда ты собрался? — взволнованно спросила мама.
— Да мы с ребятами на фестиваль блогерский собрались, — ответил я, стараясь, чтобы это звучало как можно более беззаботно. — Лето же. В Волгоград съездим. На «Родину-Мать» посмотрим. Никогда там не был.
Фестиваль в эти дни действительно был, я специально погуглил — какой-то местечковый и совершенно неинтересный, но не все ли равно, если родители ничего в этом не понимают? До самого Волгограда я и не собирался доезжать, мне предстояло сойти с поезда на пару станций раньше.
— И когда едешь? — голос мамы звучал недоверчиво, но, кажется, мое поведение не выходило слишком далеко за рамки привычного. Черт возьми, после трех с лишним лет вдали от родных я не всегда мог даже понять, что покажется им странным!
— На следующей неделе, во вторник, — ответил я. Это был ближайший день, на который я смог купить билет через приложение. На верхнюю боковую полку в плацкарте — да и плевать. Я должен знать.
Эпилог
День был жарким и безветренным. Над недавно заасфальтированной дорогой клубилось тягучее марево. В траве стрекотал кузнечик, где-то вдалеке слышался детский смех и грохотал разбитой подвеской старый грузовик. Я перешел через дорогу по горячему черному асфальту и остановился в тени высокого тополя, у самого входа.
Обычная зеленая калитка, а в щель между ней и забором виднеется заросший снытью участок. Ухаживать за ним, должно быть, некому. А вот дом — добротный, кирпичный, не слишком старый.
Возле калитки примостилась черная клавиша домофона. Не было ничего проще, чем нажать ее — наверняка здешний хозяин сможет меня впустить дистанционно.
Вот только что я ему скажу? «Здравствуйте, мы с вами виделись в другом мире, куда меня отправил безумный маг, чтобы защищать тамошних обитателей от нежити?». Такое себе начало для знакомства.
Может быть, просто сказать, что я Роман, и мы с ним уже общались, а дальше он сам поймет? А вдруг не поймет или сделает вид, что не понял? А если вообще нет здесь никакого Виктора, и все это бред, а мне надо лечиться?
Я тысячу раз прокручивал в голове этот диалог, пока трясся в плацкарте, вертел все возможные фразы и так, и эдак, но так ничего толком и не придумал. Но теперь не время было рефлексировать — нужно было действовать, раз уж приехал. Что-нибудь придумаю в процессе.
Я протянул руку и положил палец на клавишу домофона. На секунду в моей голове промелькнула мысль, что тот Рома, каким я был еще неделю назад — или три с половиной года! — долго колебался бы, прежде, чем нажать кнопку, и, может, даже не решился бы вовсе из страха оказаться в глупом положении. Мне же теперь ничего не страшно.
Но вдавить нагретую солнцем черную кнопку я так и не успел — за спиной послышались торопливые шаги, а секунду спустя мое сердце сжалось, когда знакомый запыхавшийся голос произнес:
— Привет! А я уже третий день жду, когда же ты приедешь. Не хотела идти к нему без тебя.
Дмитрий Жидков
Охота на призрака. Старый недруг
Глава 1. Инструктор
Лагерь полевого командира Исмаила шаха Кабира, располагался в лесополосе на склоне горы. На расстоянии одного – двух метров друг от друга, под прикрытием крон деревьев, были разбросаны палатки защитного цвета.
Иностранные инструкторы обитали в наиболее лучших условиях. Их большая армейская палатка с затянутыми полиэтиленовой пленкой окнами и брезентовым козырьком над входом, стояла в центре лагеря. Сверху ее прикрывала от пролетающих над районом базирования вертолетов, натянутая маскировочная сетка. Внутреннее убранство соответствовало походным условиям. Три раскладушки, установленные по периметру помещения, раскладной пластиковый стол, возле одного из окон и оружейные ящики, вместо стульев. Вот и вся скромная обстановка.
На ящиках возле столика расположились трое здоровых парней. На них были одеты пятнистые штаны, заправленные в тяжелые армейские ботинки и майки зеленого цвета. На бычьих шеях поблескивали на цепочках с широкими звеньями, жетоны с личным номером. У каждого на поясе были прикреплены ножны, из которых выглядывали рукояти штык ножей. Это было не все их вооружение. На прогнутых от многократного использования раскладушках валялись портупеи, на которых крепилась кобура. Тут же, стояли прислоненные к брезентовым стенам автоматы. Иностранные советники предпочитали советский АКМ, другим видам оружия.