— Да ладно тебе, лестница как лестница, — хмыкнул я, продолжая медленно карабкаться на старый ветрогенератор. Хотя, это по меркам нашего электрика он старый, как по мне, лошадка, отпахавшая пятнадцать лет, может спокойно проработать столько же. Вон, вертолеты, которые в восьмидесятых годах прошлого столетия собрали, до сих пор летают… Летали. А у них ведь по фюзеляжу ресурс не более тридцати лет был, как ты его ежегодно не продлевай.
— Ага, падать высоко и больно, — продолжал ворчать Захаров, карабкаясь впереди меня.
Не понимаю, чего он так бухтит. Ну подумаешь, скобы. Так и мы ж, не голышом лезем. Вон как подсуетились рыночные. Внизу группа поддержки дежурит. Парочка медиков, растянутое полотно, на случай срыва. Да и сорваться крайне сложно. У нас страховка, с полноценными подвесными ремнями, которые крепятся не только за пах, но и словно лямки парашюта, проходят через все тело, опоясывая талию, плечи и грудь. Карабкались и то по инструкции какого-то промышленного альпиниста, который нас инструктировал, перед тем как отправить на залаз и даже потренировал, дав нам влезть на метров пять, под его чутким руководством. Знай себе, перецепляй страховочный карабин через каждый метр. Тут, даже если сильно захочешь, не сорвешься.
Ну а выцепили нас, потому что, кто-то из людей Замира, обнаружил парочку не уничтоженных ветряков. Остальные побило во время обстрела, а эти два, целы остались. Киргизы сунулись проверять, как работает, однако их электрики что-то напортачили и автоматы защиты заблокировали сеть. А ведь она работала. Они ее даже чутка раскочегарили, подтащив генератор и запустив на малых мощностях ветряк. Шутка ли, дармовая электроэнергия, а это, между прочем, и вода, и тепло. Электрообогревателей и теплодуек сейчас везде навалом, почти в каждой квартире есть, да толку с них, когда центральную энергосеть накрыли градами. Все-таки, электричество для современного человека, это один из столпов комфортного выживания.
— От сука, — от души выругался Женька, забираясь на верхнюю площадку, где наконец можно было встать и даже развернуться вдвоем. — Как знал, что болторез пригодится.
Я, поднявшись следом, с интересом глянул на закрытую голову ветряка. Огроменная, размером с кунг армейского грузовика. Внутри вполне можно жить, вот только… Дверка-то закрыта, да и не абы как, а на самый обыкновенный навесной замочек, но с толстенькой такой дужкой, сантиметра в полтора. Такое перекусить трудно будет. Особенно нашими с Захаровым, дряхлыми стариковскими ручками.
— Земля, Кукушке, — тяжко вздохнув, достал рацию и сразу вызвал группу поддержки.
— Ответил, — сквозь легкое похрапывание, донесся из динамика голос старшего электрика, из банды Муратова.
— Тут замок, нужен резак, — коротко запросил я, скидывая с себя тяжеленный альпшнур с карабином. Мне его пришлось тащить как раз на случай, если наверху мы столкнемся с проблемами, которые не сможем решить инструментом, который и так взяли с собою, так что, прицепив один конец шнура к верхней скобе лестницы, я попросту скинул моток вниз. Красиво полетел, и быстро, зараза. Килограммов восемь весил, не меньше. И это еще, распиаренный до войны, сверхсовременный и легкий туристический, для любителей пошляться по горам. Чумачечие, как они только такие тяжести таскают, по собственной воле.
— Резак, эт ты хорошо придумал, — одобряюще хмыкнул Женька, поправляя балаклаву. Все-таки на высоте сильные ветра гуляют, а простыть никто не хочет. Так что одеты мы практически, как на северный полюс.
— Лучше бы помог поднять, — недовольно поморщившись, принялся подтягивать шнур. Ох и тяжелая зараза. Но оно и правильно. Чем больше плечо, тем сильнее создаваемый момент. Так что против физики не попрешь. Все-таки есть большая разница, тянуть тело на метровой веревке или на тридцатиметровой, поэтому, например, я не понимал, зачем некоторые таскают эвакуационные стропы, оправдывая это тем, что так они смогут вытащить раненого, который упал в двадцати метрах от них. Они видать никогда не пробовали таскать тяжеленую стокилограммовую тушу на такой привязи. Все подобные шнуры работают только когда раненого тащит сразу целая команда, слаженная в перетягивании каната, на местных спорт-массовых мероприятиях. А сам раненый, упал не так уж и далеко и потому, его могут нормально вытащить, чтобы на пути не было никаких преград, за которые он может, аки якорь на дне речки, зацепиться.
— Ну дык, ты ж слон, ты и таскай, — хитро ухмыльнулся Захарыч, пристраиваясь максимально с краю от двери, дабы дать мне простор для манипуляций с резаком.