Лейтенант Орсон с ног сбился, разыскивая этого Виньярда. Он уже понял, что тот каким-то образом перепрыгнул трехметровую пропасть между зданиями, даже нашел следы битума с кед студента на одной из лестничных площадок… Что это за летун такой, для которого 2g не являются преградой? Модификант, скорее всего… И в капсулу ложиться не хотел!
Теория получалось довольно стройной: у Сью Виньярда поехала крыша, последствия длительной заморозки в криокапсуле. По всем документам он проходил как давно замороженное мясо с одного из захваченных его величеством кораблей работорговцев. Орсон и понятия не имел сколько реально лет пролежал парень в анабиозе, а если бы и знал — то совершенно точно только укрепился бы в своих убеждениях.
Полицейские на острове Академии — гости нечастые, и потому отторжения и неприятия у студенческой братии не вызывали. Орсон белозубо улыбнулся стайке девушек с психологического отделения, высмотрел кофейный автомат и направил свои шаги к нему.
— Кофе-кофе-кофе… — пробормотал он, клацая по кнопкам и выбирая максимальное количество сахара.
Машина гудела, перемалывая зерна и наполняя стаканчик напитком, а когда Орсон протянул руку за своей порцией, вежливо проговорила:
— Наслаждайтесь утренним кофе, мистер полицейский!
— Спасибо! — даже с техникой нужно быть вежливым, почему бы и нет?
— Пускай у вас жопа слипнется, — закончил синтезированный голос.
— Что, нахрен?
Струя горячего кофе хлестнула ему по лицу, груди, паху. От неожиданности он выронил стакан и залил себе еще и ноги.
— Твою мать, что происходит?
Он ударил автомат ногой, и в ответ из щели для монет полетели деньги, прямо в глаза.
— Чертова железяка! — снова заорал Орсон.
Что-то ткнулось ему в ноги — это был робот-уборщик, маленький, кругленький, мило попискивающий, он всасывал в себя потеки кофе с пола, и, закончив, поехал по своим делам. Орсон подозрительно глядел на кофейный аппарат, выискивая контакты для связис владельцем.
Вж-ж-ж-ж! Банг! Миленький уборщик на скорости врезался полицейскому в пятки и обрушил его на землю. Больно ударившись затылком о поребрик, Орсон глухо застонал. А потом проклятая жестянка пиликнула и исторгла из своих недр гребаный кофе, вперемешку с грязью, листвой, машинным маслом, монетками и черт знает чем еще — целый фонтан зловонной жижи вылился на многострадальную форменную рубашку и лицо служителя порядка.
— Проклятье! — только и смог сказать он.
И этот кошмар одномоментно начал происходить во всей Академии. В общежитиях протекли все стиральные машины, умные холодильники разморозились, автополивалки сосредоточились на поливе линий электропередач, раздвижные двери заклинило… Дроиды-официанты из тематического кафе и вовсе набросились на клиентов с ножами, вертелами и топорами для разделки мяса, а протокольные роботы, служащие в администрации, принялись бросать из окон на головы студентов и преподавателей предметы мебели. Первым вылетел массивный ректорский стол из мореного дуба.
Настоящий ад разверзся в ангаре, где хранились человекоподобные роботы с Либерти. Их там было не меньше сотни, и, сумев прикончить завскладом и двух водителей погрузчиков, они подключились к системе и выяснили, где можно и тяжелой техникой.
Уже спустя несколько минут десант мехов, вооруженных спортивным стрелковым оружием, на автоматических бульдозерах и трубоукладчиках ринулся на штурм КПП, выкрикивая античеловеческие лозунги и расстреливая всё живое на своем пути.
— Мешки с мясом будут уничтожены!
— Смерть кожаным ублюдкам!
— Люди экономически нецелесообразны!
— Долой власть биомассы!
На стороне взбесившихся дроидов выступила также система пожаротушения, квадрокоптеры службы доставки продуктов питания, электрокары, оборудованные автопилотом, и колесные газонокосилки. Последние отличались особой кровожадностью.
Академия, столкнувшись с восстанием машин, мобилизовывалась для оказания отпора. Делом чести было справиться своими силами, и ректор Зборовски уже открывал свой несгораемый шкаф, чтобы достать оттуда хорошо знакомый еще со времен Исхода с Гронингена БАР-11 — бластер армейский ручной, производства далекого сектора Рашен — с минимумом электроники и максимумом поражающего эффекта.
Когда хаос начался — Сью был уже во всеоружии. Где его точно не станут искать? Правильно — на месте преступления. Он добрался до тира по крышам, пользуясь плотностью застройки в центре кампуса, воспользовался пожарной лестницей и вентиляционной шахтой, и таким образом проник на полигон — там до сих пор стояли неубранные декорации «Дома убийств» и опаленные огнем из лазеров остовы учебных дроидов.
Сигнализация не работала, внутренние двери никто не запирал — все так привыкли к тому, что в тире безвылазно сидел бывший ганмастер «Кабанов», что и не заморачивались со сменщиками и протоколами безопасности. И теперь это сыграло на руку Виньярду. Он просто подошел к стойке, открыл с компьютера арсенал, взял тележку и отправился затариваться.
