Виньярд решил, что просто обязан расспросить Кавальери о ее исторической родине, ну и помочь ей подготовиться к тесту, конечно. Алгебраические штучки он вообще-то не любил. Сью невыносимо скучал прорешивая один пример за другим по шаблону. То ли дело — стереометрия! Его разуму стрелка и акробата четкие построения, сечения и сложные трехмерные фигуры доставляли настоящее удовольствие.
Оказавшись таким образом в вынужденном одиночестве, парень сварил себе ведро кофе, обложился со всех сторон своими и Алисиными рисунками, вооружился блокнотом и, шаг за шагом, принялся расшифровывать иероглифы и пиктограммы. Благо, изображения с рук можно было пропустить — здесь были этапы первичной металлургии, способы обнаружения и добычи руд цветных и черных металлов, их ковки и плавления. Он решил начать с груди — без этой вводной части инструкцию по изготовлению непосредственно передатчика можно было и не смотреть вовсе — разве что находясь на Земле в работающем научно-исследовательском центре, сохранившем прямую преемственность с древними учеными.
Гораздо легче было запомнить принцип расшифровки, ключ к тайнописи, чем огромный массив данных по прикладным наукам, который требовался для сборки передатчика — так рассудил дед тогда, и был прав. Сейчас, покрывая страницу за страницей своего блокнота текстом инструкций и формулами, схемами и пропорциями, Сью удивлялся предусмотрительностью ученых с Горы Вечерней — одного из крупнейших научных центров Антарктиды. Ему было всё понятно, и не пройди между Первой и Второй волной колонизации такая прорва времени, не случись тотальной деградации человечества на большинстве миров — сейчас он просто заказывал бы в местной сети необходимы комплектующие и инструменты. Но как перевести на язык нынешней науки эти стройные конструкции, не привлекая компьютеры — вот это была адова задачка!
— Ты что тут — диавола призываешь? — спросил Потап, стоя на пороге комнаты.
Виньярд сидел среди вороха непонятных рисунков, подняв глаза к потолку и бормоча какие-то странные слова. Время от времени он хватал один из листочков, всматривался в него, делал пару записей в блокнот и снова начинал бормотать.
— Всё, свистнула фляга у нашего Виньярда, вызывайте санитаров, — из-за спины Михалыча проговорил Хробак.
— В основу работы синхрофазотрона положен принцип ускорения заряженных частиц магнитным полем-м… полем-м… — сказал Сью и запустил пальцы в свою шевелюру.
— Ви-и-и-инья-а-а-ард!!! — зычный голос разнесся по кампусу, вспугнув стайки птиц с крыш и эхом отразившись от стен общежитий.
Сью с трудом разлепил глаза. Что за дебил орет в такую рань? Надоедливое солнце даже не заглянуло еще в окно! Продрав глаза, он уселся на кровати.
— ВИ-И-И-ИНЬЯА-А-АРД!!!
Парень вздрогнул — ему точно не показалось! Только что Виньярду снилось, что в дверь стучится пьяный отец, который снова пришел признаваться в любви матери, обзывать ее бесчувственной сукой и лезть с поцелуями и кулаками. Голос был до дрожи похож на глубокий папашин баритон, которым он так классно распевал баллады под гитару…
— ВИ-И-И-ИНЬЯА-А-АРД!!! Выходи-и-и!!!
Наверное, проснулась вся общага. Парни ошалело поднимали головы, пытаясь понять что происходит, хлопали окна… Прибежал Яношик — в одних трусах и шлепанцах.
— Сью, там в сквере на аллее стоит какой-то тип с двумя пистолетами. На вид — жутко злой. Это он кричит.
— С двумя пистолетами, значит? — Сью отодвинул занавеску, выглядывая на улицу, а потом матюгнулся: — Яношик, какой сквер?
— Который к тиру!
— А-а-а, черт! Хрен с тобой, — Виньярд полез под кровать за коробкой с револьверами.
Конечно, это не мог быть его отец! Это ведь бред сивой кобылы. Но если какой-то мужик с пушками хочет с ним встретиться — большой глупостью было бы пускать дело на самотек, и еще большей глупостью — приходить на такую встречу в трусах и шлепанцах. Или с развязанными шнурками.
И где, мать их, патрульные, когда они так нужны?
На часах была почти половина пятого утра.
Ветер трепал седые космы незнакомца и полы его черного полупальто, закручивал маленькие вихри пыли у рифленых ботинок. В крепких руках он сжимал два автоматических пистолета, которые выглядели весьма зловеще.
— ВИ-И-И-НЬЯРД!!! — в очередной раз крикнул он.
— My name is Sew! How do you do? — раздалось за его спиной.
Резко обернувшись, мужчина увидел метрах в двадцати от себя высокого, худого парня с всклокоченными волосами. Расстегнутая клетчатая рубашка не скрывала портупеи с двумя револьверами.
— Ты и вправду похож на моего папашу, мистер. Только ростом пониже и в плечах пожиже. Невежливо и неосмотрительно будить всю студенческую братию в такую рань — у нас только вчера четверть кончилась, на подготовительном отделении… — разглагольствовал назвавший себя Сью.
— In nomine Patri, et Filii, et Spiritus Sancti, вызываю тебя на бой, ибо видит Бог, у меня нет другого выхода! — сказал седой.
