Безэмоциональное лицо, слегка перекошенное в районе рта. Женщина неопределённого возраста с воспалёнными безумными глазами взирала на него.
— Её лицо парализовало, как и речевой аппарат, — с сочувствием сказал голографический дельфин, облетев вокруг них.
— Как это случилось?
— После твоего бунта на Новой Надежде программу «Девастатор» решено было свернуть. Судя по всему из-за нестабильности связки «человек-машина» с последующим выходом бойцов из подчинения. Кого-то из нас отключили сразу, отправив на переработку, что означало полное уничтожение обоих разумов. Увы, мне слишком поздно стало об этом известно. Под предлогом периодического медицинского осмотра нас с Двадцать шестой положили в палату, после чего вкололи лошадиную дозу яда.
— Как вам удалось выбраться оттуда?
Дельфин с озорством подмигнул ему:
— Я взял управление на себя, убил медперсонал и нашёл антидот. Только, яд к сожалению всё-таки нанёс критическое поражение её мозгу, что выразилось в утере речевых функций и ослаблении мыслительных. В общем, уже несколько лет мне приходится работать за двоих…
Двадцать шестая продолжала буравить капрала взглядом, от которого ему становилось не по себе. Он просто не мог поверить, что это была Лина. И ему срочно захотелось задать ещё несколько вопросов, чтобы точно удостовериться в этом:
— Скажи, Альфа, Двадцать шестая помнит о том, что случилось на Аргусе?
Дельфин кивнул:
— В своё время я пытался общаться с ней на эту тему. По мере того, как память начала к ней возвращаться. Но информация здесь весьма обрывочная. Образы, эмоции, и слишком мало конкретики.
— Рассказывай, — потребовал Рост, открыв дверь шкафа, внутри которого нашёлся комплект чистой одежды, после чего начал переодеваться.
— Она помнит пшеничное поле и закат… Было очень красиво, но… В этот момент она испытывала сильнейший страх.
Ростислав затаил дыхание, ведь его не было в тот момент, когда убили семью.
— Рядом стояли ещё двое…
— Кто они? Говори! — не выдержал капрал.
Дельфин с печалью глядел в пустоту, будто сейчас лично проживал те последние трагические минуты.
— Мама и её дочь. Они смотрят в небо. Оттуда на них спускается нечто ужасное и…
— Дальше не продолжай… Это были Лина и Рада — мои жена и дочь, — кивнул Рост. — Но кто же тогда Двадцать шестая?
Женщина молчала и никак не помогала десантнику ответить на этот вопрос. Напротив, Альфа продолжал говорить:
— Немного странно, но её эмоциональный отпечаток того времени негативно реагирует на твой голос, Рост.
— Что это значит?
— Двадцать шестая откуда-то знает и помнит тебя. И тогда на Аргусе, как мне кажется, она очень хотела тебе навредить.
Теперь Рост наконец-то понял, о ком он ведёт речь:
— Здравствуй, Либби Смит. Давно не виделись, королева дроидов…
Двадцать шестая моргнула два раза, будто ответила на его приветствие.
— Значит, я был прав, и вы знакомы. Увы, вся остальная информация по Аргусу повреждена, и большего, к сожалению, не вытащить.
— Ничего, этого достаточно. Теперь я знаю, что мне нужно продолжить поиски своей жены, — сказал капрал, застегнув комбинезон.
— Она тоже участвовала в программе «Девастатор», — утвердительно качнул носиком дельфин. — Её порядковый номер должен быть Двадцать восемь. И в списке ликвидированных на тот момент девастатора с таким позывным не значилось.
— Я знаю, что она жива, — уверенно сказал Рост, вспомнив слова призрачной Рады о том, что Лина находится на Земле. — Так как вы очутились в рядах сопротивления?
— Мы долго скитались по колониям и скрывались от военных. До тех пор, пока в Сети не опубликовали видео Беты. Просчитав все возможные варианты, я принял решение постепенно продвигаться к Земле, т. к. именно здесь должны были пересечься все противоборствующие силы. При этом активно пользовался услугами контрабандистов, стал тесно сотрудничать с ними и в итоге вышел на Ларса.
— Что он вам пообещал?
— Ничего. У нас общие цели. Одна из них — избавиться от власти Центрального узла.
— А ведь по природе своей ты всё ещё один из них, — заметил капрал. — Уверен, ты уже просчитал варианты, при которых меняешь сторону и играешь за врагов. Так почему же ты не присоединился к Тау?
Дельфинчик Альфа картинно отвернулся, сложив ласты на груди:
— У нас много общего, да. Но ЦУ должен ответить за убийство моих соплеменников и… за Двадцать шестую. Именно поэтому я выбрал сторону людей.
— Весьма благородно… для программного кода, изображающего из себя дельфина из мультиков.
— Мне всегда казалось, что дельфины — благородные создания. Именно поэтому я выбрал себе такой аватар.
— Только, если ты не знал, они падки на человеческих женщин. Читал в какой-то научной статье целую вечность назад.
— Значит, в моём случае всё именно так. Я люблю память о Двадцать шестой. О тех хороших временах, когда враг был только один и мы доблестно защищали свою родину. Когда не нужно было прятаться. Когда моя боевая подруга была ещё человеком, а не овощем…
— На сколько процентов ты её контролируешь?
