Лисодевочка прогнулась в спине, делая широкий шаг в сторону ленты, и, наклоном корпуса миновав ту, показала патрульным свою лучшую, как ей казалось, часть тела.
— Привет, ребят! — помахала она одними пальчиками и, если бы дело происходило в старом мультике, то полицейские вывалили бы на неё глаза и засвистели словно чайник, уронив челюсти и языки на пол.
“Щаз ты по-другому замахаешь”, — подумал про себя Чак, продвигаясь к центру событий к накрытому брезентом телу, лежащему в переулке.
Возле трупа уже крутился медицинский эксперт.
— Дарова, Никки! — окликнул оперативник медика, — седого и лысого мужчину в тонких перчатках — присев рядом с ним.
— Привет.
— Ну, что у нас тут?
— Фурри волк, тело обрито, края ран аккуратные… — начал перечислять Никки.
— Умер от чего?
— Ты не поверишь, Чак, от того, что его препарировали, изъяв органы брюшной полости, — пошутил доктор своим специфическим юмором.
— По характеру на кого похоже? Сектанты, органлегеры с черного рынка?
— Не похоже. Его растащили на органы, но не на все сразу, как сделал бы черный органлегер, там и конечности бы ушли, — протянул Никки.
— Может, времени не было? — вмешалась Эйни, нависая прямо над трупом.
— Кто эта богинеподобная лисичка? — сощурился врач, приподнялся, обтёр руку о халат и пожал ладонь девушки.
— Моя головная боль, — пригляделся Чак и еле заметно понюхал труп.
— Эйни Лаос, очень приятно! — улыбнулась лисодевочка.
— Николай Бизл, врач! — начал трясти руку девушки медик.
— Не отвлекайся, Бизл! — вернул доктора на землю Чак.
— Всё просто. Времени было предостаточно, это не уличное нападение. Его побрили, положили в криокапсулу и уже там изъяли органы, потом слили кровь и выкинули вот сюда, — док отпустил ладонь девушки и указал обеими руками на место, где и был найден труп.
— Крио капсула? Даже не ванна со льдом… — протянул Чак.
— А что было при потерпевшем? Деньги, документы? Есть ли свидетели, личность установили? — спросила Эйни у врача.
— Боюсь, на этом моя компетенция заканчивается. Труп передадут в моё царство, если я что-то узнаю, то, конечно же, вам позвоню! Ну, Чак, я тебе больше не нужен?
— Нет, Никки, хорошего дня тебе.
— И вам, господа офицеры, не хворать! — доктор сделал несколько шагов из переулка. — А! Ещё пара сломанных рёбер и разорванные ткани на затылке говорят, что его выбросили сюда с высоты.
Чак поднял голову вверх, похлопав пальцами по пластиковой папке, где уже был отчёт прибывших на место полицейских, опрос свидетелей и биометрическое опознавание личности.
Фурри волк был неким Микхаэлем Альф, а значит, он был не только в клане Бурых Клыков, но и дальним родственником Чака.
— Так, стажёр, вот тебе задача: сейчас пройдись по жилым блокам, произведи опрос, может, кто что видел помимо того, что мы имеем в этой папке. Как только закончишь, дуй в лабораторию к Нику, мне нужна дополнительная информация.
— А ты? В смысле «Вы»? — переспросила Эйни.
— А мне надо кое с кем повидаться…
Чак встал с корточек и направился к полицейским, бросив патрульным что-то типа «подстрахуйте девочку с походом по вероятным свидетелям» и дав понять, что труп можно грузить, а ограждение и кордон сворачивать.
Прозрачный лифт небоскрёба корпорации Альффэмили нёс Чака вверх, оставляя суету улиц внизу, у подножий массхолла — центра города, где сконцентрировано 80% достатка и изобилия. Тут не встречались возрастные фурри и уж точно здесь нельзя было застать постаревших людей. Даже работая уборщицей где-нибудь в этом районе, можно было насобирать себе на регулярную порцию эфки. Регулярную порцию для того, чтобы вечно работать на корпорацию, позволяя себе чуть больше, чем обычный житель любого другого района Дрим Сити.
Пафос прямо так и витал в воздухе: в запахе, в разговорах, в манерах передвигаться — да и во всём ином, на что бы ни падал взор полицейского. Чак сунул руки в карманы и опустил подбородок, будто ему было холодно. Этот мир был таким приторно ненастоящим, таким контрастирующим с тем, с чем приходится сталкиваться в гетто.
На шестом этаже в лифт зашли две фурри тигрицы, и Вульфен подумал, что своим стилем одежды местные обитатели не особо отличаются от сутенёров и их подопечных. За одним лишь исключением — все марки шмоток были настоящие, да и макияж наносился не самостоятельно, а в специализированных салонах.
Тигрицы отвернулись от человека, одетого в обычную просторную куртку по пояс, не удостоив его даже презренного взгляда. Уверенные в своём превосходстве над всем миром, они вышли на восемнадцатом этаже, оставив после себя лишь еле заметный шлейф от духов.
“Кошки…” — подумал Чак.
Аромат гасил их истинный запах — запах желания, тщеславия, уверенности. Знали бы хвостатые бестии, кем он приходится клану Бурых Клыков, непременно бы затеяли с ним флиртующий разговор, желая побыть с человеком из рода Альф как можно дольше. Возможно даже пропустили бы свой этаж, навязываясь на рандеву втроём или вчетвером, хотя кошачьи — индивидуальные создания, не в их привычках делиться чем-либо.
