В клане волков тоже всё шло своим чередом. Зданию Альффэмили вернули своё изначальное состояние в первые же дни после отбитого штурма. Строители и оружейники учли полученный опыт и сделали первый этаж ещё более неприступным. В ход пошли и генераторы силовых щитов, и бронестёкла, и дополнительные турели внутреннего и внешнего боя.
Иногда, выбираясь на поверхность, Чак отдалялся от своего убежища, чтобы позвонить отцу и матери. Вульфен-старший был постоянно занят оборудованием волчьего логова, а мать же, наоборот, старалась поболтать с сыном как можно дольше. Она выглядела несказанно лучше. Самалит сдержала своё слово, передав столько порций эфок, сколько было необходимо, и теперь чета Вульфен выглядели по возрасту как сам Чак, который хоть и обновил себе кожу лечением, но с прядями седых волос сделать ничего не смог, даже прибегнув к магии.
— Чак, у них тут намечается праздник по поводу победы над кланом белок. Самалит зовёт тебя. Она как бы всех ваших зовёт, но предполагает, что ты придёшь один, — проговорила Фея в одной из налаженных видеотрансляций с сыном.
— Не то чтобы я не верил своей собственной бабушке… — улыбнулся Чак. — Но она права, все мы туда точно не пойдём. Кто-то из нас останется держать на весу пробирку с гарантом нашей неприкосновенности.
Мысли побежали в голове Чака, переплетаясь и просчитывая вероятностные события. Он уже отдал должное своей бабушке — Самалит предвидела и это их решение. Одного можно запугать и подкупить, а группу из трёх положительных — нет, поэтому пойдёт действительно он один. Если пойдёт.
— Мы с твоим отцом так же не доверяли ей. Как можно верить человеку, базовой потребностью которого в этом мире остаётся творение зла? — Фея посмотрела вниз.
— Резонно, — кивнул Чак. — Передай ей, что я приду. Скажи только когда.
— Завтра в офисе Альффэмили. Но, думаю, она уже знает о твоём ответе, — улыбнулась Фея. — Она просит одеться в премиум лук и взять дорогую машину: там будут важные гости и люди из правительства.
— Не думаю, что она знает. У нас своя видящая, их способности аннулируются. Это условия систем, особая фишка, что позволяет им и нам резать друг друга вслепую, — потупил взор Чак. — Странно, конечно, но поиграем в ещё одну её игру. Будет ей и одежда, и дорогая машина.
— Я передам, волчонок. Обещай мне, что будешь осторожен. — Фея прикрыла глаза. В её тоне читалось смирение и нарочитый покой.
— Это же наша бабушка, — наигранно улыбнулся маг, понимая, что аргументация не особо убедительная. — Да, я буду осторожен!
Они обменялись прощальными внутрисемейными фразами, уже ставшими ритуальными, и Чак отключил коммуникатор, положив его в специальный отсек костюма — отсек, блокирующий любые сигналы, даже поисковых МЧС-сканеров.
Всю дорогу до базы Вульфен-младший думал, как объяснить команде эту новость на счёт приглашения, и, не отыскав ничего вменяемого, просто сообщил с порога:
— Народ, кто хочет тусануть с Самалит и волками?
Эйни повернулась к Чаку. Она нависла над столом со штурмовыми винтовками, аккуратно разложенными в разобранном состоянии. Мяч и Длиза резались в старую как мир игру, кидая игровые кости на стол.
— Так, погодите-ка. Не Мяч ли рассказывал, что там везде боевые дроны, а она — сама Т-десятая, ставшая теперь Т-первой? — вслух подумал Длиза.
— Ребят, вы как хотите, но я пас, — улыбнулся Мяч.
— Я тоже, — сообщил Длиза, тряся в ладонях игровые кубики.
— Ты хорошо подумал? — приподняла одну бровь Эйни.
— Думаю, что кто-то должен остаться на базе и в случае моего исчезновения или захвата в плен разбить Генезис. При таких обстоятельствах мне ничего не угрожает.
— Тогда я с тобой. Тусанём с волками, — согласилась Эйни, что-то прикинув в уме.
— Ну а на вас тогда миссия по уничтожению мира в случае чего, — кивнул Чак.
— Как всё глобально и пафосно! Словно в аниме-мультиках, — наконец бросил кубики на стол пёс и расстроенно откинулся на кресле.
Бросок был крайне неудачным. На костях выпали цифры «1» и «2», а это означало, что псу теперь предстоит получать порцию подзатыльников от Мяча.
Собакен печально взглянул в угол комнаты, где из магического куба, так похожего на стеклянный ящик метр на метр, за ними наблюдало зеленоглазое бесформенное существо, успевшее вырасти аж до потолка своей тюрьмы всего за неделю. Внутри куба не было ничего, даже воздуха. Тварь, в первые дни заточения пожравшая всю доступную ей органику, теперь не дышала, не ела и не пила и просто ждала, не сводя взгляд с бойцов Спирита.
Куб можно было разбить лишь умышленно, приложив к действию волю. Сделать это мог любой из команды положительных и чем угодно, хоть ударом кулака. В заклинании была и защита от дураков. Пожелай кто другой расколоть куб, сдерживающее заклинание показалось бы для него прочнее танковой брони. Чак высмотрел этот закл в видениях Эйни и теперь успешно применял для консервации врага — врага всего живого, непонятной, токсичной, злой формы жизни, именуемой Генезисом.
(Вечером следующего дня.)
