Понадобилось время, чтобы пережить катастрофу, привыкнуть к изменениям и принять новый порядок. Шаг за шагом, понемногу жизнь налаживалась. Да, многое поменялось, но одно оставалось неизменным – народ Катара и его лидер, ведущий своих сынов и дочерей в благословенное будущее.
Потом грянула буря – сначала одна война, за ней другая. Новая сила в лице колдовских кланов развязала борьбу за власть, и ярость стихий обрушилась на планету.
Страшное время. Время неопределенности. Время тревоги.
Поражение старого друга вынудило искать другие альянсы. Понимание, что выжить в одиночку будет сложно, преследовало правителя маленькой страны на протяжении многих недель.
Ифриты – так называли в Катаре колдунов – стали реальностью, с которой нельзя было уже не считаться.
– Думаете, мы поступаем правильно? – заговорил эмир.
Сулеймани и Джафар, два ближайших советника, стояли рядом с господином, наблюдая через стеклянные стены за аэропортом. От прежнего оживления почти не осталось следа. Сегодня прилет двух-трех самолетов в день уже считался событием. Пассажирский поток не остановился полностью, но сильно обмелел. Что не могло не повлиять на общее положение дел.
– Это наилучший выход, повелитель, – первым откликнулся Джафар, как и полагается более старшему.
– Новые союзы несут новые возможности, – вторил Сулеймани, уважительно наклоняя голову.
Эмир помолчал, глядя, как колонна машин делегации выезжает через ворота правительственной резиденции. Ему советовали поучаствовать в церемонии встречи лично, но он отказался, не соглашаясь опускаться до уровня туземного царька, что раболепно преклоняется перед прибывшими чужестранцами. Им нужен альянс, но платить за него унижениями властитель Катара не станет. Всему есть предел.
– Меня беспокоит то, что Строгановы прислали именно этого принца, – тихим голосом обронил Сулеймани.
Эмир скрестил руки на груди и не стал комментировать замечание. Советник прав, его и самого беспокоило, что Владыки Холода выбрали в качестве посланца самого проблемного члена правящего рода.
До них доходили слухи о размолвке между князем и одним из знаменитых Близнецов. Что в свете нынешних обстоятельств, разумеется, вызывало тревогу.
– А я думаю наоборот, что это хорошо. Если у Виктора напряженные отношения с патриархом родного клана, то мы можем на этом сыграть. Возможно, удастся добиться лучших условий сотрудничества.
Правитель Катара резко дернул головой.
– С ифритами трудно договориться, – раздраженно бросил он. – Они безжалостны, мстительны и жестоки.
– Да, но они все же люди, – заметил Джафар. – По крайней мере, большинство из них являлись ими, пока не прошли через инициацию.
– Человеческие слабости свойственны всем. Джинны не всемогущи, у них тоже есть уязвимости. Надо лишь их найти, – подхватил Сулеймани.
Эмир порывисто развернулся к обоим советникам.
– И что потом? Объявить им войну? Вы оба с ума сошли, если думаете, что я обреку страну на эти ужасы. Забыли, что случилось в Америке? А ведь она была самой могущественной державой в мире!
Халуд бин Аль Тали прошел к дивану, советники с поклоном разошлись, пропуская повелителя.
– Я видел новости. Я видел кадры из Хьюстона. Огромный город лежал в руинах после атаки русских кланов. И принц был там. Он командовал войсками, методично превращая гигантский мегаполис в груду развалин. Хотите, чтобы такая же участь постигла Доху? Вы спятили?!
Господин уже не спрашивал, он в ярости орал на склонившихся помощников.
– Вы два идиота, если до сих пор думаете, что мир остался прежним! Кланы убивают не задумываясь. Им плевать на международное право. Они сами – право и сила!
Он почти с ненавистью смотрел на советников, его глаза пылали яростью.
– Так и передайте всем недовольным шейхам! Я не собираюсь идти на конфликт ради их спеси.
Эмир знал, что многие члены королевской семьи Катара не одобряли заключенный союз и не признавали договоренности с северным колдовским кланом ледяных магов. Избавившись от назойливой опеки американцев, они увидели в этом шанс стать полностью независимыми от внешнего влияния.
Похвальное стремление. И совершенно глупое. Надо уметь заглядывать далеко вперед, а не только поддаваться сиюминутным порывам. Нежелание смотреть правде в глаза, отсутствие дальновидности в проводимой политике – все это в совокупности являлось залогом скорейшего краха, который обязательно настигнет эмират, если дать волю чувствам.
– Мой господин, мы не имели в виду…
– Хватит! – эмир повелительно взмахнул рукой, снова возвращаясь к окну.
Где-то там вокруг аэропорта стояло оцепление из военных и полицейских. Вспомнив состав вооруженных сил Катара, Халуд бин Аль Тали скрипнул зубами.
Как эти идиоты предлагают выживать в изменившемся миропорядке, имея такую армию? Рано или поздно на них обязательно обратит взор какой-нибудь клан, и что тогда прикажете делать? Их раздавят и не заметят, а всю верхушку вырежут.
Зачем делиться властью? Проще уничтожить старых правителей, заменив их своими ставленниками.
