— Валя очень чувствительная, — растерянно пробормотал парень, — она считает себя настоящим рыцарем и серьезно относится к кодексу чести, — хохотнул он, потер затылок.
— Давай! — девушка сжала зубы, — расскажи, какого цвета у меня трусы еще!
— Ты в таком виде ходишь в бой, — засмеялся я, — что кажется, я сам их скоро увижу.
— Это не твое дело, как я хожу в бой! Вызов принимаешь, или ты, как и все эти боярские снобы?! Не воспринимаешь рыцаря всерьез, только потому, что он девушка?!
Я весело взглянул на парня. Он смущенно отвел глаза, коснулся век, растерянно покачал головой.
Что ж. Девочка была с норовом. Но, признаться, она мне понравилась. Тем более, такая дуэль — отличный способ выпроводить их отсюда и завершить мой ритуал. Только вот что мне интересно, а кто они вообще такие? Какие-то охотники на одержимостей?
— Я принимаю твой вызов, рыцарь, — я снял пальто, отстегнул кобуру с пистолетом, достал складной меч из внутреннего кармана, — но у меня есть условие.
— Какое же? — девушка вынула большой, прямо-таки монструозных размеров нож. Выглядела она с ним в руках презабавно.
— Если я побеждаю тебя, вы уходите немедленно.
— А если я побеждаю тебя, — злобно выдохнула девушка, — то отрежу тебе ухо! Только кровью можно смыть оскорбление, что ты мне нанес!
— Валя, ты перегибаешь! — парень растерянно взглянул на нее, — какое ухо?!
— Я согласен, — беззаботно пожал я плечами, — ухо так ухо. Для такой красотки, — подмигнул я девушке, не жалко и руки.
Девушка сжала губы, расширила глаза и покраснела как помидор.
— Ого! — хохотнул я, — вот это реакция, тебе что, комплементы никогда не делали?
— Это не твое дело! — девушка сняла портупею, разгрузку, бросила на землю, у своих ног. Я все ждал, снимет ли она еще и платье.
— Аккуратнее, — засмеялся я, — у тебя там гранаты висят, хочешь всех нас подорвать?
Она не ответила, только злобно посмотрела на меня.
— Кстати, а кто вы такие? — я сложил свое пальто, положил вещи на обломки ифрита, подкатил рукава водолазки.
— А ты не знаешь? — удивился парень, — разве по нам не видно?
— Невежливо отвечать вопросом на вопрос, — посмотрел я на парня, ловко завертел рукоятью меча. Телескопическое лезвие щелкнуло. Сегменты высвободились наружу, соединились в клинок.
— Да, — улыбнулся парень, — наверное, ты прав. Мы чистильщики. Уничтожители одержимостей. Служим в гарнизоне Урупском, что у Большого Кубанского Поля.
Насколько я помнил, полями местные называли аномальные участки земли, что возникли тут и там после Большой Войны. Это были поля особо ожесточенных сражений, часто с применением магии массового поражения.
Тысячи и сотни тысяч людей погибали там одновременно, создавая своими эмоциями чудовищных и совершенно безумных ифритов. Позже, такие ифриты превращались в настоящие чудовища.
Например, танк-одержимость, чей Ифрит Сильной Жажды Убивать, гонит его в населенный пункт, чтобы уничтожить всех его жителей. Или одержимость-вертолет с Ифритом тяги к Предсмертной Панике на борту. Он будет носиться по всему небу, сбивая любой летательный аппарат, лишь бы поддерживать в себе эту эмоцию.
Я знал, что вокруг таких полей Империя ставит гарнизоны и ограждения, чтобы не выпускать многочисленные одержимости наружу. Бояре же отдают там обязательную военную повинность. Вот кто такие чистильщики, я не знал. Нужно бы посмотреть в интернете.
— Будете болтать?! У нас, вообще-то, дуэль!
— Тихо, девочка, — я сгорбился, взял клинок обратным хватом, — твой гнев мешает тебе самой.
Девушка оскалила белые зубки, бросилась на меня. Быстро, как молния, она метнулась, прыгнула, в легком пируэте выбросила руку с длинным ножом.
Во время ее прыжка, я успел рассмотреть трусики. Они были красными. Я парировал ее выпад. Клинки щелкнули друг о друга, разбросали искры. Одновременно, я поднырнул ей под руку. Легким движение, едва коснулся платья. Резанул ткань.
Мы поменялись местам, я встал в боевую стойку, поставил руки перед собой. Девушка крутанулась на носке, сгорбилась, приняла боевую стойку, уставилась на меня.
— Платье жалко, — улыбнулся я, — оно мне нравится.
Девушка непонимающе моргнула, бросила взгляд на свое тело. Большая дыра в платье разошлась на ее боку, обнажая красивый животик. На коже, в месте, где тела коснулся клинок, осталась белая царапина.
— Себя пожалей! — крикнула она и крепко сжала кулак.
Завихрения воздуха заплясали вокруг ее тонкой, но крепкой ручки. Потом она встряхнула кистью. Вокруг кулака образовалась полупрозрачная воронка телекинетического щита. Девочка тоже была кинетиком, как и я.
Она метнулась, прыгнула снова, и снова пируэтом. Выбросила стройную ножку в легком ударе. Я отскочил, оказался сзади, тут же обнял ее за талию. Почувствовал, как девчонка вздрогнула. Она дернулась, крутанулась на носке. Попыталась достать меня ножом по лицу.
