— Я вижу в этом развитие, — сжал тонкие губы Лавр, — давайте смотреть правде в глаза. Из меня неплохой солдат и отличный управленец. Но гангстер весьма посредственный. Да и хочется банального спокойствия за свою жизнь. Надоело проверять машину детектором взрывчатки, каждый раз, когда я соберусь ехать в магазин.
— Ифритор, — начал другой, полный и невысокий мужчина, по имени Сергей Лобов, — мы все тебе очень благодарны. Ты и правда помог нам. А браслеты — просто чудо. Я наконец-то купил жене красную Чайку. Она давно хотела кабриолет.
Я улыбнулся.
— Ты его хвалить собрался?! Или тебе есть что сказать?! — надул ноздри Джантемиров.
— Мне не нравится твой тон, — нахмурился я, — взглянул ему в глаза.
— А мне не нравится, твои условия и границы. Ты хочешь уничтожить Семью. Я не могу этого допустить, — нахмурился он. Трое других, кроме Лобова, закивали Джантемирову, одобрительно загалдели.
— Хватит говорить о традициях, — я внимательно посмотрел на бандитов, — дело ведь не в них.
Все внимательно уставились на меня. Джантемиров свел пушистые брови.
— Дело в том, — продолжил я, — что вы трое: Джентемиров, Лавров и Макаров, — я обвел их взглядом, — боитесь, что вам не будет места в Ифрите. Джантемиров, — я посмотрел на него, — крышует незаконные точки сбыта контрабанды, которые нелегально держат простолюдины, — Джантемиров неприязненно скривил губы, — Лавров Павел Сергеевич, — я посмотрел на молодого мужчину с залысинами, — ты и несколько твоих людей поставляют контрабандный алкоголь группе дворян, у которых небольшие забегаловки по всему району.
— Ну и что с того? — напористо сказал он, но я проигнорировал вопрос.
— Александр Макаров, — я взглянул на третьего, — к тебе обращаются местные ростовщики, из простолюдинов, чтобы ты помогал им выбивать деньги из должников. Вы понимаете, — я окинул взглядом всех троих, — что в Ифрите вам не будет места. И упираетесь. Ваша деятельность больше направлена на контроль территории, а не на бизнес. Знаете, что она станет не нужна с распадом Семьи.
Они смотрели на меня, молчали.
— Я даю вам выбор, — продолжил я, — вы остаетесь в Ифрите, место для вас найдется. На данном этапе от вас потребуется две вещи, это преданность и исполнительность. Ваши старые занятия уйдут в прошлое. Если нет, в прошлое уйдете вы. Ну или второй вариант, — я смотрел внимательно и холодно, — все имущество, что принадлежит Семье, вы просто возвращаете и уходите свободными. Туда, куда глаза глядят.
— Это слишком! — вскочил Лавров, — мне что, отдать тебе все? Квартиру, машину?! Все?!
— Не пойдет! Мы не согласны!
Джантемиров молчал, он просто смотрел на меня, с ухмылкой скрестив руки на широкой груди.
Я некоторое время подождал. Дал им выговориться, потом сказал:
— Ну, есть еще третий вариант. Это открытая конфронтация. Я его не хочу. Но если вы решитесь на это, то все умрете, — мужчины задумались, Лавров сел на место.
Ухмылка сползла с лица Джантемирова.
— Ты тут не появлялся, — начал он, — откуда ты про нас все знаешь?
— Я очень тесно, — я украдкой кинул взгляд на Сашу, — общаюсь с вашим боссом. Она же мой информатор.
Джантемиров недовольно засопел, пробурчал:
— Нам нужно время подумать.
— Кстати, — я внимательно посмотрел на черномазого, — а не знает ли кто из вас такого дворянина, из детей боярских. Его родовое имя Пружин.
Джантемиров на мгновение расширил глаза, но тут же сузил. Лицо приняло нейтральное выражение.
— Нет, никто не знает, — сказал он, а остальные помотали головами. Лавр и Саша мотнули тоже.
— Что-то мне подсказывает, Денис, — я посмотрел на черномазого, — что ты лжешь.
— Я честен перед тобой, Ифритор, — он неприязненно посмотрел на меня, — будь уверен хотя бы в этом.
Я не поверил. Понял, что если и знают, то не сознаются. Ладно. Поглядим, что будет дальше. Я готов к любому повороту.
— Даю вам сутки на раздумье. Завтра скажете свое решение. Ифрит появится с вами, или без вас.
В полдень понедельника я вышел из такси, за воротами моего свежеприобретенного имения на берегу Кубани. Утром я встретился с Мининым, осмотрел дом снаружи, заглянул в холл. Минин же, войти внутрь отказался.
— И вам не советую, — опасливо проговорил он, — там же эта дрянь сидит. Так как он вам? Нравится?
— Нравится, — улыбнулся я, — беру.
После этого мы отправились в филиал сословного министерства юстиции, которая занималась видением реестра прав собственности дворян на имущество. Именно там мы подписали договор, и право собственности перешло Роману Евгеньевичу Салихову. Теперь я стал обладателем собственного поместья.
Осенний день был бы привычно теплым, если бы не ветер, что тянул с реки, протекающей в нескольких сотнях метров от дома.
Само же поместье располагалось на окраине города. С одной стороны, начинался тихий спальный райончик. С другой же , через речку, что бежала к городскому водохранилищу, возвышался лиственный лес. Голые деревья стояли темно-серой стеной вдали.
