Через пару секунд, на прямом шоссе, рядом с полицейскими и двумя автомобилями появился третий Из него выбрался шериф.
Они переглянулись и поняли, что будут молчать. Никому не хотелось видеть здесь «умников из столицы». Они все равно ничего не найдут. Командир группы пожал Джону руку.
– Ну, если опять беда, зови. Может и справимся. Извини, мы в этот раз опоздали.
– Тем не менее, спасибо.
Автомобили разъехались в противоположные стороны…
Погребальный костер над телами его «богов», потом исчезший с лица земли храм окончательно повергли Люциана в состояние полной апатии. Подсознание само вело несчастного… Под утро он оказался у дверей виллы. Терять колдуну теперь было совсем нечего, он постучал. Дверь открыл эконом.
– Хозяев больше нет, – мрачно произнес он, намереваясь закрыть дверь.
– Я знаю. Я все видел…
– Да?! Минуточку…
Через минуту эконом вернулся.
– Входите. Только приготовьтесь к неожиданностям…
– Мне все равно.
В спальне, на большой кровати, лежал огромный черный, как ночь, котище. Он пребывал в глубоком горе, которое пытался залить спиртным. Нельзя сказать, что бы разнообразные напитки произвели на него хоть какое-нибудь действие, но Пуфф честно пытался забыться. На полу, окнах, стульях стояли разнообразные начатые и пустые бутылки. В спальне пахло квашеной капустой, огурцами. Котище увидел гостей.
– Заходите.
Он сел на кровати, поманил три стула. Смахнул с них на пол бутылки.
– Прошу, повод печальный. Я осиротел.
Пуфф протянул гостям по стакану, достал из-за кровати бутылку, налил по половине белой жидкости. Люциан посмотрел на эконома. Тот молча выпил, закусил странной желтой соломкой с блюда, неведомо откуда появившегося на стуле. Колдун зажмурился и выпил. Внутри потеплело.
– Капуста прекрасная, – отметил Пуфф, – нельзя сказать, что бы алкоголь снимал стресс, но я так одинок… Рассказывай.
Капуста действительно оказалась вкусной. Люциан описал все, как видел он… Но, как ни странно, финал воодушевил слушателей.
О чем говорили печальный кот и его гость в обществе огромного количества пустых бутылок – осталось тайной, но Люциан вернулся домой с визиткой.
– Монеты у тебя есть. Появится картинка, попробуй. Убеди, если сможешь, – сказал на прощанье пушистый обитатель виллы.
Но еще интереснее было бы узнать о втором разговоре… Но все следы ночного безобразия исчезли. «Сирота» утихомирился, оставшись на вилле ждать своего часа, трезво рассудив, что общество жителей деревни Вечный покой лучше склада в пирамиде…
И настал день Возвращения...
Но пришел не герой, а лишь его тень!
И было предначертано ей:
Пройти по лезвию над бездной
и обрести плоть или сгинуть...
В веренице промозглых дней, уже на самом излете осени, случилось чудо. Облака сгинули еще ночью, к утру подморозило, и выпал тот удивительный и редкий случай, когда природа смилостивилась и по странной своей прихоти подарила солнечный день. Дожди, моросившие весь сентябрь, окончательно изгнали из долины все следы летней пыли. Воздух предгорий, и без того чистый, прямо-таки звенел этим морозным утром.
Я вышел на крытую галерею. Передо мной открылась настоящая феерия красок — все оттенки багряного, желтого и оранжевого. Фестиваль одного зрителя... Выше по склонам гор листва с деревьев уже облетела, оставив кое-где в живописном беспорядке лишь отдельные оранжево-желтые пятна. Сквозь голые ветви стали видны развалины не то храма, не то монастыря.
Еще утром я проснулся с чувством ожидания... Но что могло случиться в этом тихом и уединенном месте? Ближайший городок лежал отсюда примерно в тридцати километрах.
От утреннего кофе остался только аромат и приятное воспоминание. Работать не хотелось, и я решил прогуляться — грех было не воспользоваться погожим днем. Закрыв дом, я зашагал по дороге вниз.
На перекрестке я свернул влево, на вымощенную камнями дорогу. Ноги сами несли меня по ковру из желтых листьев в глубь долины. В такт шагам в голове появлялись и исчезали бессвязные обрывки мыслей... Да, дом я запер. Впрочем, у смотрителя есть ключ, и уплачено ему за год вперед. Как мне удалось купить так дешево этот дом, хотя его цена значительно больше?
Я не заметил, как пересек долину и поднялся по склону выше границы золотой осени. Голые ветви деревьев тянулись к бирюзовому небу. Листва, прихваченная ночным заморозком, хрустела под ногами. Из состояния лирической задумчивости меня вывело осторожное покашливание...
— Кх... Прекрасный день, не правда ли?
Рядом со мной шел человек в монашеском одеянии, подпоясанный веревкой. На голову был наброшен капюшон, и сколько я потом ни пытался вспомнить его лицо, так и не смог.
— Да, природа не поскупилась...
— Позволите составить компанию?
— Вы это, собственно, уже сделали...
— Ну и отлично!