Я несколькими глотками допил кофе и начал складывать посуду в мусоросборник.
— Саша?! — Даша заглянула на кухню. — Ну чего ты возишься? Я уже всё сделала, кабинка простаивает!
Даша быстро очистила стол, схватила меня за руку и, будто муравей муху, живо потащила к пространственнику. Когда она уже зашла в кабину, я на секунду задержался у стационарного пульта вызова. Кинул беглый взгляд на экран: сколько жена отмерила? Один день. «Ну вот, напугал её вчера совсем», — царапнула острым коготком совесть. Переход стрелки от деления к делению шел с мягким щелчком: «Три… четыре… пять… шесть… Семь». Семь дней — будет сюрприз Дашуне. Я нажал «Пуск» и, удовлетворенно вздохнув, шагнул за рамку переходника.
Воздух вокруг задрожал, начал сгущаться, скрывая стены кабины и создавая вокруг плотный непрозрачный кокон. Вот не первый раз пользуюсь пространственником, но каждый раз восхищаюсь: какое это чудо! Это надо же так придумать: вызываешь кабинку, задаёшь координаты и мгновенно переносишься туда, куда надо. Р-р-раз! Несколько секунд — и ты за сотни километров от точки отправления. А то и вообще на другой планете, куда мы сейчас направляемся. Ну не волшебство ли? Впрочем, если задуматься, то и стереовидение, и печи мгновенного приготовления, коммуникаторы — всё это тоже в своё время было чудом. Просто мы к ним уже привыкли.
Кокон мягко качнулся, извещая о прибытии, и начал испаряться. За стенками забрезжил свет, пахнуло свежестью. «Странно… — успел подумать я. — На Плане сейчас должен быть жаркий полдень…» Остатки кокона осыпались хлопьями. Изумлённый лес взирал на двух невесть откуда взявшихся людей в шортах и гавайках, стоящих на платформе, зависшей над поляной, покрытой девственно-чистым снегом.
— Приятного отдыха, — мелодично пропел голос автомата, и платформа под нашими ногами — последняя связь с цивилизованным миром — растаяла.
Мы шлёпнулись в снег, холодный и мокрый.
— Что это?! — потрясенно пробормотал я и машинально тряхнул сандалией.
— Сюрприз! — воскликнула Даша, улыбаясь. — Милый, я хотела извиниться за вчерашнее. Я подумала: чёрт с ним, пусть будет Мерилуна. Должны же мы уступать друг другу?
— Причём тут Мерилуна? — растерянно пробормотал я, чувствуя, как тает снег под почти босыми ступнями.
— Ну, ты же хотел сюда. Где там твоя палатка?
— Даша… — медленно начал я, оглядывая запорошенный снегом лес, тёмные нависающие ветви, небо, затянутое облаками. — Ты хочешь сказать, что задавала координаты Мерилуны?
— Ну да, — уверенно кивнула Дарья. — С Днем святого Валентина, милый! Я хотела, чтобы тебе было хорошо.
— Спасибо, — машинально произнес я. — Только не пугайся, солнце моё… Но на Мерилуне сейчас должно быть лето. А здесь…
Я ещё раз оглянулся. Вокруг стеной стоял лес, а с серого неба, медленно кружась, летели мягкие снежинки, и, касаясь нашей обнаженной кожи, тут же превращались в холодные капельки воды.
Снег был не таким уж глубоким — по щиколотку. Но лёгкие сандалии сразу же задубели и при каждом шаге норовили соскользнуть с ноги и остаться в сугробе. Пальцы на ногах онемели. Кожу сначала жгло, а сейчас она всё больше и больше теряла чувствительность.
— Я не могу больше, — пробормотала Даша и села прямо в сугроб.
— Даша, Дашенька, — я наклонился, пытаясь поднять ее. — Нельзя сидеть, пойдем…
Это было дико — девушка в ярких шортах и футболке, сидящая посреди белого леса. Сверху на нас укоризненно взирала какая-то птица. Если бы удалось её разглядеть, можно было бы попытаться определить планету, на которую нас выбросил пространственник. Но птица, пронзительно свистнув, снялась с ветки, обрушила вниз пригоршню снега и скрылась в глубине леса. Мы остались совсем одни.
— Даша, пойдём… — я потянул жену, заставляя её подняться.
«Бесполезно… — прошептал внутренний голос. — Некуда идти. И незачем. Может быть, здесь вообще нет людей, а только снег, снег и снег…»
Мы пошли — просто так, в никуда — когда поняли, что попали в ловушку.
— Не Мерилуна? — все ещё улыбаясь, переспросила меня жена. — А что это?
— Я не знаю.
— Но я выставляла нужные координаты. Посмотрела в справочнике… Вот, у меня записано, — она вытащила из кармана шорт бумажку, протянула мне. — Правильно?
Я прочитал цифры, которые помнил наизусть. Кивнул.
— Ну вот! Я же говорю! Тогда что? Аппарат неисправен? Или ошибка?.. Вечно с тобой так… — недовольно начала она. И оборвала себя, видимо, стараясь не наговорить лишнего. — Ладно, неважно. Надо вызвать кабинку, а то становится холодно. У тебя есть коммуникатор?
— Нет. Ты же знаешь, я почти не пользуюсь им, — виновато пожал я плечами. — Вызови со своего.
Жена никогда не расставалась с коммуникатором, государственный служащий — её могли вызвать в любой момент. Частенько я ругался: звонок, обычно, раздавался в самое неподходящее время.
— У меня нет… — прошептала Даша.
— Что?!
— Я сняла коммуникатор. Не хотела, чтобы нас кто-то беспокоил.
Я стоял, глядя на неё с разинутым ртом: мы были в зимнем лесу, неизвестно где, без одежды, еды и коммуникатора.
Я захлопнул рот и попытался трезво оценить ситуацию.
