Но вернёмся к большому металлическому стулу. На нем сидела тучная женщина. Ее ориентировочные габариты составляли сто шестьдесят сантиметров на сто шестьдесят килограмм. Руки женщины были сцеплены у неё за спиной. Цепь с мелким звеном фиксировала их к спинке стула. Сам стул был привинчен к деревянному полу большими восьмигранными шурупами. Глаза женщины были закрыты чёрной повязкой из плотной ткани. А вот все прочие части тела были доступны для всеобщего детального рассмотрения. Она была голой – это было ясно как день. Но плюсов тут не было. Она была огромной голой женщиной. И огромные складки жира свисали с ее тела. Женщина была безобразна в своей наготе. И лишь какой-то мятый листок бумаги пытался прикрывать ее стыд и срам на уровне груди.
– Зачем ты заставляешь меня ждать?
Все также приторно медленно текли слова из ее рта. Но была и некая изюминка у такой манеры общения. Такой вывод сам напрашивается, потому как эти примитивно склеенные слова умели цеплять за особые струны. Они не давали мысленно переключиться.
Они не давали подумать о своём насущном. А то обстоятельство, что внутри Алексея Казанского был твердый волевой стержень, только мешало. Это обстоятельство путало, заставляло наступать не на те грабли, оправдываться и тем самым терпеть поражение.
– Вы путаете. Я не тот, кто вам нужен.
О, почему он думал, что она не понимает всей правды? Глупец! Или просто человек, привыкший подстраивать мир под себя, но не привыкший мириться с собственным несовершенством.
«Как она это делает?»
Но сегодня для очередного мужчины настал новый день. Утром этого дня власть сменилась. И пускай женщина в своём бессилии перешла на крик:
– Мне лучше знать, кто мне нужен!
Это все равно ничего не меняло…
– Мне лучше знать, кто мне нужен!
Крик был не таким, к каким привыкли обычные будничные люди на кухнях и площадях. В этом крике, как и в прежде сказанных женщиной словах, не было никакого эмоционального подтекста. Это был сухой крик, крик лишенный жизни. Такой крик не мог заинтересовать такого мужчину как Алексей Казанский.
«Кричи, кричи…», – думал Алексей.
Он злился. И все же ждал чего-то большего… Этого большого-большого безумия…
«Давай же!!! Взорви мой мозг!!!»
А она продолжала кричать так, как умела:
– Ты не делаешь меня счастливой! Ты постоянно делаешь меня несчастной!
И снова никаких эмоций. Снова слова сухи и отвратительны как пенопласт.
«Пусто!!!»
Все как обычно.
«Так будет всегда!!!»
Добравшись умом до этой ужасной истины, Алексей также догадался о главном секрете:
«Не реагировать!»
И как результат, он снова вспомнил о своих потребностях. Он вспомнил, что у него есть своя жизнь, что он родился не для того, чтобы в какой-то странный момент жизни прийти в странное подземелье и потом выслушать все самые ужасные слова на свете.
«Нет!!!»
И он начал думать о себе. Он начал думать о собственном содержании.
«Я ведь все ещё голый. Я такой же голый, как и эта женщина. Но я не привязан, я не прикован, я могу действовать, я могу отвечать за свою жизнь…».
Так он совершил первый реальный поступок в чертовом подземелье…
Взгляд прыгнул вправо. Там на бельевой веревке кто-то оставил висеть свои потертые клетчатые штаны. Алексей мысленно поблагодарил неизвестное лицо за такой нужный и своевременный подарок.
А потом он оставил мадам, что была прикована к железному стулу, в гордом крикливом одиночестве и потянулся руками к добыче.
«Быть голым мне уже недолго!» – журналист был рьяно убеждён.
Конечно, рядом со штанами не к месту висела большая голова страшного пестрого зверя с большими ушами и большими клыками. А с другого края некто вообще додумался повесить пыльную сетку заготовленного впрок репчатого лука. Так что соседи у штанов были не самые лучшие из возможных, однако смущаться и капризничать было не к месту.
«Дают – бери!» – это хороший закон жизни.
Сегодня Алексей предпочитал действовать согласно его прагматичным канонам…
Пальцы журналиста крепко схватились за нижний край штанов. Оставалось лишь дернуть добычу вниз.
«И нет проблем!»
Но в жизни простые вещи не случаются. В жизни в самый неподходящий момент появляются хозяева штанов.
– Это мои штаны!
Неожиданно.
Алексей замер. Он не был готов к такому повороту событий. Он надеялся на хороший исход. Он мечтал о том волшебном слогане:
«И нет проблем!»
А проблемы-то были!
– Раскатал губу на чужое добро? Нехорошо поступаешь.
Голос язвил. Голос насмехался. В голосе чувствовалась угроза. С такой тенденцией журналисту не стоило ждать от голоса ничего хорошего. Тем более что все присутствовавшие персонажи – журналист, голос и толстая женщина – находились в тёмном вонючем подземелье.
Нормальные люди в такое место не забираются. А от ненормальных хорошего ждать не приходится. И с ненормальными ничего нормального не происходит.
«Я тоже в ряду прочих!»
Но сам себе Алексей вредить не собирался, а вот прочие…
«Здесь нужно серьёзно подумать».
С самого начала неловкой ситуации Алексей напрягся. Это вполне закономерно. Все-таки он был пойман на месте преступления.
Не до релаксации.
