Едва на лице отца появилась зловещая улыбка, он пожалел о своих словах.
— Не волнуйся. Именно это я и собираюсь сделать. — Король щёлкнул пальцами. — Приведите её.
Дыхание вырвалось из груди Салема, когда он увидел, как в нескольких шагах от него из воздуха появляются два новых стражника, удерживающие между собой обмякшее тело. За все века он разрывал врагов на куски, вырывал их сердца, проливал их кровь, не моргнув и глазом. Но это… он едва не вырвал, когда увидел её состояние.
Он оттолкнул демонов, которые держали её, и опустился на колени, бережно обнимая её тело. Ему было всё равно, что отец сочтёт это проявлением слабости. Он должен был прикоснуться к ней, вылечить её.
Её тело покрывали бесчисленные синяки и порезы, так что не осталось ни одного участка кожи, нетронутого болью. Тёмные волосы были спутаны кровью. Глаза цвета кристально-голубого льда потускнели от боли. На нижней губе красовался глубокий порез, а зубы — чёрт возьми, её клыки были выбиты.
— Энжел, — прошептал он, кончиками пальцев осторожно касаясь её лица, стараясь не выдать дрожь в голосе. Он не хотел, чтобы она паниковала. — Я здесь, Энжел. Всё будет хорошо. Я всё исправлю.
Она сглотнула, её влажные глаза сузились, глядя на него.
— Салем… Ты правда здесь? — С её губ сорвался рыдающий всхлип. — Ты пришёл. Я знала, что ты придёшь. Я им сказала.
Обожание, всё ещё сиявшее в её взгляде, заставляло его ненавидеть себя. Он этого не заслуживал. Он подвёл её.
Салем прижался лицом к её шее, проводя рукой по затылку.
— Я говорил тебе, что всегда приду. Прости, что не успел раньше. Чёрт возьми, мне так жаль.
Она держалась за него изо всех сил, которые ещё остались, как будто всё ещё не могла поверить, что он настоящий. Опустошающее зрелище.
Слишком быстро её вырвали из его рук. Магия ударила его в грудь, отбросив назад. Он тут же поднялся на ноги, но отец уже стоял рядом с ней.
Её спина прижалась к груди Короля, а его рука обвила её торс, крепко сжимая её горло.
— Хватит, — прохрипел Салем. — Что тебе нужно от меня? Ты хочешь, чтобы я умолял? Хорошо, я буду умолять.
— Для этого уже слишком поздно, — сказал его отец.
— Я вернусь в Ноктурнию, — пообещал Салем, делая нетвёрдый шаг вперёд. — На всю свою вечную жизнь, если это то, чего ты хочешь. Только не тронь её. Позволь ей вернуться к своей жизни.
— Не двигайся, Блэквелл, — голос отца прогремел по залу.
Салем замер. Магическая сила захватила всё его тело, парализуя каждое движение, как только прозвучало его Истинное Имя.
Король улыбнулся, склоняясь к самому уху Энджел.
— Последние слова для твоего возлюбленного, девочка?
Груз безнадёжности осел на плечах Салема, пока он был вынужден наблюдать, как Энджел из последних сил поднимает голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Смирение, отразившееся в её голубых глазах, заставило его хотеть взреветь от ярости. Он боролся с магией, сковавшей его тело, напрягал мышцы до предела, пока все они не начали дрожать от напряжения. Всё напрасно.
— Я люблю тебя, Салем, — прошептала она.
Его отец расхохотался и приказал:
— Говори, Блэквелл.
— Я люблю тебя, — прохрипел Салем. — Прости, что ты вообще встретила меня. Я никогда себе этого не прощу.
— Пожалуйста… — с трудом проглотив слёзы, она прошептала: — Пожалуйста, не забывай меня.
— Никогда.
— Ты обещаешь? — умоляла она.
— Клянусь, Энжел, — прошептал он.
И тогда Король Демонов протянул руку, пронзил её грудь и вырвал сердце.
Салем заревел, и пламя, окаймлявшее зал, взметнулось выше, охватывая стены и устремляясь к самому потолку. Его крик был настолько громким, что его, казалось, могли услышать даже существа на Небесах.
Король щёлкнул пальцами, не занятыми пульсирующим сердцем Энджел, и в зале возник демонический слуга. Король бросил её изувеченное тело и сердце к ногам демона, вызывая в Салеме ненависть к этой чудовищной апатии.
— Утилизируй её, как мы обсуждали, — холодно произнёс он.
Демон молча кивнул, поднял безжизненное, окровавленное тело и исчез.
— Подойди ко мне, Блэквелл, — теперь приказал Король.
— Я уничтожу тебя, — поклялся Салем, пока его ноги непроизвольно несли его к отцу. — Я не успокоюсь, пока не расплавлю каждый дюйм плоти с твоих костей и не вырву твоё проклятое сердце из груди. Я скормлю его твоим Адским Гончим, а затем отдам им твою душу на растерзание, пока от неё ничего не останется.
Жестокий огонёк мелькнул в глазах его отца.
— И как ты собираешься это сделать, сынок, если я изгоню тебя отсюда и привяжу к другому месту?
Салем сорвался.
— Что ты несёшь?
— Ты думал, что лишение тебя её — это всё наказание? Эта часть была слишком простой, чтобы доставить мне удовольствие, — язвительно заметил его отец. — Ты хотел предать меня ради забав с этой драгоценной смертной, позволил ей узнать твое Истинное Имя? Я создал место, где ты сможешь насладиться им, сколько я сочту нужным.
Салем вдруг почувствовал себя бесконечно уставшим. Его отец знал его Истинное Имя. Любая угроза в его адрес была пустой. А теперь, когда Энжел была мертва… у него больше не было причин сражаться.
