Её кровь застыла, когда он озвучил имя сущности в её голове. Она не могла вымолвить ни слова. Даже если бы знала, что сказать, она не смогла бы объяснить это ему, боясь, что это разобьёт её окончательно. Паника, отразившаяся на её лице, явно была заметна, потому что он решил сменить тему.
— Я договорился с Джаспером, — сообщил он. — Скоро мы сможем посмотреть журналы участников.
Она удивлённо вздохнула.
— Так просто?
Он скривился.
— Я бы не сказал, что это было просто. Но дело сделано.
— Что ты пообещал ему? — спросила она.
Он покачал головой.
— Ничего приятного. Не волнуйся об этом.
Она тяжело вздохнула.
— Ну, когда мы сможем их увидеть?
— Примерно через час, так что у нас есть время, чтобы чем-то заняться.
Она не могла признаться, что планировала незаметно улизнуть в секретный коридор без него. Придётся отложить эту идею на потом. Взяв расческу, она принялась распутывать спутанные локоны.
— Что ты предложишь, чтобы скоротать время?
Зловещая усмешка.
— Ничего, что предполагает оставаться в одежде.
— Пожалуйста, не усложняй, — сказала она.
Улыбка стала шире.
— Ну, технически, это ты…
— Если ты сейчас сделаешь какой-нибудь нелепый намёк со словом «усложнять», — она указала на него расческой для волос, — прикуси язык.
Он демонстративно тяжело вздохнул, как будто невозможность закончить шутку была для него пыткой.
— Хорошо. Как насчёт того, чтобы использовать это время для того, что я давно хотел обсудить — твою магию?
Она склонила голову набок.
— Что с моей магией?
— Тебе нужно научиться лучше её использовать, контролировать её. Меня просто сводит с ума, как ты растрачиваешь её впустую. Плюс, я хочу, чтобы ты научилась управлять своим исчезновением до следующего уровня.
— Думаю, я откажусь. Не уверена, что смогу тебя вытерпеть в роли учителя. И что, собственно, будет на следующем уровне?
— Много смертей, если не воспользуешься всеми преимуществами, — сказал он.
— Как всегда, полезно, — съязвила она.
— Я пытаюсь быть полезным, а ты упираешься, — парировал он. — Первые два испытания были детской игрой по сравнению с тем, что ждёт впереди. В некоторых уровнях я могу помочь лишь до определённого момента. Остальное зависит от тебя. И я хочу, чтобы это было обнадёживающим перспективным моментом, а не рисковым.
— О, — она с издёвкой приложила руку к груди. — Ты хочешь сказать, что тебе будет грустно, если меня изуродуют или убьют?
Он посмотрел на неё странным, непонятным взглядом.
— Скажи, ангел, ты действительно считаешь меня бессердечным?
Её немного покоробил вес его слов, но она только отметила:
— Технически, ты и есть бессердечный.
— До тех пор, пока ты успешно не выполнишь наше соглашение, — сказал он, тонко намекая на предмет их поиска. — Верно?
Она не была уверена, куда он клонит.
— Да…
— Так позволь мне обучить тебя, чтобы ты трагически не погибла, — настаивал он.
— Ладно. Предполагаю, что твои уроки не могут быть хуже той изобретательной смерти, которую приготовил следующий уровень.
Блэквелл засмеялся.
— Вот это настрой!
ГЛАВА 24. УРОКИ
Надо отдать должное Блэквеллу — как учитель, он был довольно хорош. Правда, она могла бы обойтись без его самодовольных ухмылок каждый раз, когда она пыталась что-то сделать по-своему, и это оборачивалось провалом.
Хотя их магия и была разной, он умело разбирал все детали, давая ей представление о том, как находить нужные ощущения внутри себя, чтобы сконцентрировать силу и обрести больший контроль. Однако этот процесс слегка затруднялся, от того бабочки в животе начинали порхать каждый раз, как Блэквелл подходил слишком близко, чтобы что-то показать.
Он был гораздо строже в своих наставлениях, чем её мать — возможно, потому что мать могла только описывать магию, тогда как теперь Офелия могла ощущать её на практике. Однако все его замечания были конструктивными и помогали ей стремиться к его уровню, а не разочаровывали и не подавляли.
— Ты теряешь концентрацию прямо перед тем, как высвободить силу, — сказал он. — Ты не можешь ослабить внимание только потому, что чувствуешь, как магия готова вырваться. Следи за процессом до конца. Повтори.
Они занимались этим уже больше часа в пыльной гостиной, стоя друг напротив друга на расстоянии нескольких шагов. Офелия вызывала свою магию, направляла её и выпускала, а Блэквелл вовремя становился прозрачным, чтобы голубые искры проходили сквозь него и врезались в стену. Призывать силу становилось проще по мере того, как она тренировалась, однако целиться было сложнее. Несмотря на то, что Блэквелл не терял терпения, она всё больше раздражалась на саму себя.
— Я устала, — сказала она. — У меня почти не осталось магии в запасе.
К тому же комната пропиталась запахом дождя и соли — побочный эффект магии, который вызывал лёгкое головокружение.
Он кивнул.
— Хорошо. Давай переключимся на твоё исчезновение.
— Я же говорила, — вздохнула она, — это была случайность. Я не знаю, с чего начать.
— Что спровоцировало это в прошлый раз? — спросил он.
Она скрестила руки на груди.
— Кэйд замахнулся на меня ножом…
