— Я не знал, что ты мастер-рукопашник, — негромко сказал Вадим, усаживаясь напротив Стаса. У него было перевязано плечо, и Диана время от времени проверяла повязку, что явно доставляло ему удовольствие.
— Лихо ты их! Где научился? У равновесников РА, что ли?
Стас отрицательно качнул головой, покосился на Дарью, сидевшую рядом, завороженную танцующими языками пламени. Она обхватила колени руками, положила на них подбородок и не двигалась, уйдя мыслями в дальние дали. В глазах девушки плясали отраженные язычки огня, было видно, что она устала, хочет есть и пить, но держалась хорошо, ни разу не закапризничала и не потребовала от своего рыцаря немедленных объяснений.
Стас придвинулся ближе, обнял ее, слегка прижал к себе, ожидая ее реакции, но девушка не отодвинулась, и он вздохнул с облегчением.
— Знаешь что, капитан, — посмотрела Диана на Вадима, — мы еще не изучили северный сектор базы. Пойдем, посмотрим? Вдруг наткнемся на что-либо полезное?
— В баньку бы сходить… — проворчал Вадим, хотел добавить, что никакого «северного сектора» здесь нет, но глянул на Панова с Дарьей и понял. — Да, ты, пожалуй, права, у нас есть шанс.
Они ушли. Стас благодарно посмотрел им вслед, наклонился к Дарье и погладил ее пальцы.
— Ты не сердишься на меня?
— За что? — очнулась девушка. — Все так необычно, страшно интересно… непонятно. Где мы? Как здесь оказались? Здесь так все удивительно, очень легко двигаться… а дышать трудновато. Между прочим, ты обещал все рассказать.
Они не заметили, как перешли на «ты».
— Начать придется издалека.
— Разве мы куда-то торопимся?
— Не торопимся, но скоро придется уходить и отсюда.
— Почему? За нами гонится тот страшный, огромный? Кто он? И почему вы сражались с теми людьми в камуфляже?
— Тогда слушай, — Стас устроился поудобней, взял теплую руку девушки в свои ладони и принялся излагать историю своего превращения в «невыключенного» человека, в абсолютника.
Когда Вадим и Диана вернулись, вид у Дарьи был такой, будто она слушала страшную сказку о злых волшебниках и добром герое, получившем в подарок несметные сокровища, которыми он пока никак не мог распорядиться.
— Это… правда?! — прошептала девушка.
— Правда, — отозвалась Диана, с сочувствием глянув на нее. — И мы здесь только по той причине…
— Что в вас влюблен этот несносный тип, — кивнул на Стаса Вадим.
Дарья покраснела, перевела взгляд на смутившегося в свою очередь Панова, потом обратно на Вадима и Диану.
— Вы… шутите?
— Шутят, шутят, — мрачно сказал Стас, показывая капитану кулак.
Дарья задумчиво посмотрела на него и, очевидно, поняла состояние Панова, который не сказал ей главного: что он искал в общем-то не ее, а Дарью Страшко из другой реальности.
— Странно… вы все чего-то недоговариваете… но я почему-то вам верю. Господи, как это чудесно!.. До сих пор не верится, что все это происходит со мной… извините. Но я не поняла, что такое Регулюм.
— Его можно представить как непрерывный поток интерферирующих потенциальных возможностей, — сказала Диана, — или виртуальных путей Вселенной, неких «облаков вероятности», теней реальности и так далее, и тому подобное. Вообще Вселенная есть глобальная сеть очень сложных структурных взаимодействий, в узлах которой и образуются островки жизни — регулюмы, временно стабилизированные континуумы.
— Все равно не понимаю, — простодушно пожала плечами Дарья. — К сожалению, по образованию я не физик и даже не лирик, а бухгалтер. Все эти «нереальные реальности» мне недоступны. Как сказал Платон: все объекты — лишь тени идей. Значит, я тоже тень?
Все посмотрели на нее, кто озадаченно, кто с интересом. Дарья снова зарделась.
— Я что-то не то сказала?
— Не обращай на нас внимания, — рассмеялась Диана. — Мы люди, избалованные образованием и лишним знанием, хотя иногда ошибаемся жестоко и больно.
— А почему Земля… наша реальность умирает?
— Стас рассказал тебе о борьбе Равновесий?
— Рассказал, но я не все поняла.
— Иногда корректирующий основную реальность Регулюма импульс настолько велик, что происходит деление Регулюма на копии, и его «забракованные» копии попадают в кольцо времени, в котором их энергия постепенно тает. Падает мерность пространства. К примеру, если мерность нашего мира близка к цифре три, плюс сотые доли, то здесь у вас она уже меньше трех и продолжает скатываться к двухмерию. Как только пространство станет «плоским», ваш мир исчезнет.
— Со всеми людьми?!
— Естественно.
— А как же мои… папа и мама?!
Все снова посмотрели на потрясенную известием гостью из мира «хрономогилы». Потом Диана мягко обняла ее, заглянула в глаза.
— Тебе придется решить, что делать. Останешься здесь — исчезнешь вместе со всеми, со всей этой больной микровселенной, пойдешь с нами — уцелеешь и узнаешь другие миры.
— Я… не понимаю… не хочу… они же с ума сойдут, если узнают…
— Мы пошлем им твое письмо, я сама передам. Напиши, что ты внезапно получила очень выгодное предложение и срочно улетаешь. Обещай, что будешь регулярно извещать их о своем житье-бытье.
Дарья подняла на Диану полные слез глаза.
— Это… возможно?
