Отряд заметил Антона и перевел огонь на него. Визга и стука пуль о металл погрузчиков стало значительно меньше.
Шариф сильно проредил первую линию. А точнее снес практически всех, но сейчас пулемёт замолчал, требуя перезарядки. И противник приободрился.
Стреляли в десять стволов. Кроме того, я видел летящие в нашу сторону стрелы.
Значит остальные — либо поддержка, либо бойцы ближнего боя.
Арбалет я заряжал, как проклятый. Взвел, нацелился — выстрел! И так по кругу. Болты я положил рядом на пол. Их количество таяло на глазах.
Таха подползла ближе, прикрываемая Теке. Черт! Умный зверь! Никогда не поверю, что Система не поработала над ним.
— Я могу помочь!
— Не высовывайся! — рявкнул я.
Что толку, если она даже сможет вывести из строя одного нападавшего? После этого отрубится на десять минут. Нет уж.
— Я могу принести оружие!
Я не сразу понял, о чем она. А когда понял, то строго настрого приказал оставаться рядом.
Бежать сейчас до жилых модулей за автоматами, без прикрытия — сумасшествие. Шальная пуля в спину и прости прощай! Ничего. Пока справляемся и так.
Я насчитал восьмерых убитыми у противника. У нас же пока все были живы. Явный перевес в нашу пользу. Антон добрался до рядов со щитами, но я и отсюда видел, что он выдохся. Почти весь каркас скелетоника был залит кровью. Антон получил множественные ранения в руки и ноги. На серой спецовке черные кровавые круги заметны издалека. Но он держался. Хорошо, что голова прикрыта бронестеклом.
Когда японцы создавали экзоскелет, они предполагали использовать его для погрузки-разгрузки бочек с какой-то химией, а там по технике безопасности полагалось предусмотреть защиту лица оператора. Из подручных средств проще всего оказалось приспособить штурмовой шлем в бронированным визором. Так и сделали. И сейчас Антон должен быть благодарить их за вынужденную прозорливость. Да, что там, он им свечки в храме за здравие должен был поставить. Самым уязвимым местом оставалась шея, но может быть, Антон что-то придумал или стрелки оказались не столь удачливыми.
Двигался он гораздо медленнее, чем вначале, но всё еще отвлекал внимание на себя.
Болты закончились, я отбросил арбалет и вынул Глок. Девятнадцать патронов — не много. Но если каждый из них найдет цель, то никого в живых не останется. К черту! Надо пробираться ближе к линии столкновения. С этой позиции мне будет сложно попасть в кого-нибудь.
— Таха, держись за мной!
Ответа я не услышал, но решил, что девочка в своей манере молчит и кивает. Главное, что она выполняет приказы.
Я перебежал за другой погрузчик, ближе к воротам. Отсюда будет проще стрелять. Оглянулся, убедиться, что Таха следует за мной и замер.
Девочки рядом не было.
Не было её и на предыдущей позиции.
Твою мать! Сказал же!
Сколько я стрелял? Казалось, бесконечное повторение одних и тех же движений, длилось вечно. А когда последний раз видел её рядом?
Я принялся выискивать Таху, взглядом сканируя мастерские.
Шельма таки пробралась к жилым модулям! Побежала за оружием. Невовремя она включила бунт. Ладно, хорошо, что живая! После боя отчитаю!
— Оставайся там! — проорал я во всё горло, но кажется, Таха меня не услышала.
Я видел, как в проеме двери скрылась ее маленькая сгорбленная спина, а следом скользнул медоед.
Совсем рядом со мной в стойку кары врезалась пуль, рикошетом едва не угодив в меня. Я пригнулся, выглянул из-за металлического бампера, оклеенного толстенной резиной. Такой ни одна пуля не пробьет.
Экзоскелет лежал на боку. Антон внутри не двигался.
Пятеро мужиков вязали к нему веревки, потом дружно обмотали вокруг груди и, как бурлаки, поволокли прочь.
Сэм взревел, кажется, смесью французского и русского матов, ринулся к раскуроченным воротам. Его колчан за спиной опустел, и он отбросил лук. Тот упал на верстак, дернулся и превратился в черную рукоять. Сэм подхватил болтающийся на плече Узи, и не целясь, открыл огонь. Его силуэт теперь маячил прямо перед Шарифом, и тот не мог стрелять.
Я успел выстрелить трижды. В двоих попал, но только ранил.
Шариф пытался снять со станины тяжеленный пулемет, но это было глупо. Бежать и стрелять с него он не сможет. Лучше бы бросил это занятия и искал оружие полегче. Но он упорно возился с ним.
Я рванул следом за Сэмом. Нельзя было отдавать скелетоник противнику. Он — сила! И он нужен мне!
Противник заливал огнем проделанную взрывом дыру, словно от этого зависела его жизнь, хотя, может быть так оно и было.
Я держался левее, и мне выстрелы не грозили. А вот Сэм, словно берсерк, несся напрямик. В него пару раз попали, но не критично. Я видел, как пуля разорвала мышцу плеча левой руки. Сэм этого даже не заметил. Стрелял в ответ и бежал. Зигзагами, постоянно держа ублюдков на прицеле.
Выбежать сквозь плотный поток свинца — гнилая затея. Это попросту нереально. Пусть даже дыра в воротах была приличных размеров. Все равно — это ограниченное пространство. Если Сэма не прикрывать — ему кранты!
