Счетоводов немного отошедший пожал плечами:
– Я многих в своей жизни уволил. Может и его.
– Теперь ты его снова устроишь на работу. Как тебя там? – Дед Мороз обернулся к Лене.
– Пухов Леонид.
– Пухов? – удивился банкир. – Так он же пьяница.
– Больше он пить не будет, – сказал Дед Мороз и очень внимательно посмотрел на Леню. – Я за него ручаюсь.
– Ладно, – Счетоводов достал из костюма сотовый телефон и набрал номер. – Ваня, ты? Николай тебе звонит. Одного человека к себе возьми. Он у вас уже работал при мне. Сделай одолжение. Фамилия? Пухов Леня. Да слесарь. Да, тот самый. Ничего. Сочтемся. Нет, пить больше он не будет.
Леня расцветал, когда все это слышал, а Дед Мороз внимательно смотрел на него прищуренными, как у настоящего старика глазами. Затем, когда Счетоводов закончил разговор и спрятал мобильник в карман, он взял Леню под локоток и сказал тихо:
– Вот все и улажено.
– Спасибо, мужик, – стал благодарить Леня. – Теперь я твой, навек. Если тебе чего сделать надо, ты мне скажи, я все…
– Вот, господа, – сказал Счетоводов, – все улажено. Товарищ Пухов после праздников будет принят обратно, правда не слесарем…
– А кем же? – удивился Леня.
– Пока вахтером. С испытательным сроком. Все, что я смог сделать. Можно мне теперь идти?
– Иди, милок, иди, – махнул рукой Дед Мороз. – Я знаю, тебя время поджимает.
И все трое они вышли из банкирской квартиры. Внизу на улице Счетоводов прыгнул в свою синюю БМВ и укатил.
– Спасибо тебе, мужик, – поблагодарил Леня еще раз и хотел было уйти, но Дед Мороз схватил его за руку и остановил.
– Погоди. Мне ведь с тобой тоже потолковать надо, – сказал он. – Ты ведь будешь, если я правильно понял, Пухов Леонид Аркадьевич, одна тысяча девятьсот шестьдесят шестого года рождения, по восточному гороскопу Лошадь, по знаку зодиака Водолей?
– Так, – сказал Леня и очень удивился, – а откуда вы это все знаете?
– Давай-ка сядем в машину, – сказал Дед Мороз, – что на улице-то беседовать? Да и время не располагает. – И тут же к Деду Морозу подкатил белоснежный Мерседес, и он гостеприимно распахнул заднюю дверцу перед Леней. – Милости прошу.
Леня испугался. Он подумал, что его сейчас похитят, но противиться воле удивительного Деда Мороза не смог. Послушно сел в машину на обтянутое белыми шкурами сиденье. Дед Мороз сел рядом и дал водителю, очень бледному молодому человеку в белом костюме с бабочкой, знак ехать. Машина тронулась.
– Куда мы едем? – тихо спросил Леня.
– В Новоюжный район, – ответил Дед Мороз. – На улицу Кадыкова. Там живет один мальчик. Он ходит в первый класс. Очень толковый малец. Уже научился читать и писать. Вот он мне и написал, что хочет в подарок папу. Отца, понимаешь, у него нет. – Не понимаю, – Леня и в самом деле ничего не понимал. – А я то тут при чем?
– Сейчас все поймешь. Я как письмо получил, велел своей канцелярии разобраться, действительно ли нет отца. Чтобы, значит, нового не искать. Мои сотрудники все внимательно изучили и доложили мне, что отец у мальчика есть.
Леня тупо смотрел на Деда Мороза и не мог взять в толк, о чем он толкует.
– Зину Клюеву помнишь? – спросил тогда его напрямую Дед.
До Лени стало постепенно доходить.
– Это парикмахерша что ли?
– Вспомнил! – обрадовался Дед Мороз. – А я то думал, что не вспомнишь. Что ж, дело облегчается. Раз ты ее помнишь, то вспомни и то, как ты ее бросил и ни ответа ни привета, даже адреса не дал бедной девушке. А вот она тебя хорошо помнит. Да и как тебя не помнить, если твой портрет у нее перед глазами каждый день живьем ходит.
Леня схватился за голову:
– Это что же она, значит от меня родила что ли?
– Что ли, – сказал Дед Мороз. – Вот я тебя к твоему сыну и везу.
– Э нет, дядя, мы так не договаривались. А ну останови!
– Что же ты опять удрать хочешь?
– Поймать меня решил? – взвился Леня. – Папашка ты ее? Да? Во тебе! – Он показал Деду Морозу кукиш. – Видал? Никакой Зинки я не помню. Никогда ее не встречал.
– Придется принимать крайние меры, – сказал Дед Мороз.
И тут Лене стало холодно. Так холодно, словно его нагишом окунули в ледяную воду. Он глянул на Деда Мороза и вдруг понял, что холод этот идет из его глаз. В сердце словно всадили нож. Леня застонал от боли.
– Так как? – глаза у Деда Мороза больше не были добродушными. Они были ясными и прозрачными. И еще очень суровыми. А взгляд его сковывал все движения. – Заморозить тебя, или будешь делать, что тебе велят?
– Буду! – из последних сил затряс головой Леня. – Все сделаю, как скажете, товарищ!
– Вот так-то, – сказал Дед Мороз. Холод сразу исчез. Леня смог пошевелить руками и ногами. Только сердце все еще оставалось словно коркой льда покрыто. И щемило невыносимо. – Сейчас ты пойдешь, скажешь своему сыну, что ты его отец, женишься на Зинаиде, и будешь вести нормальную семейную жизнь. Работа у тебя есть, зря что ли я старался? А пить ты бросишь. Иначе сам знаешь, что будет. Сердце в лед, тебя в снеговика. И если окажешься плохим отцом, тоже. Дед Мороз плохих подарков детям не делает. Все понял?
Леня кивнул.
