– Государь приказывает нам оставаться в Сирии? – спросил Рахотеп.
– Да. Пусть армия стоит и ждет моего приказа. Назревает новая война с могущественным врагом.
По залу пронесся шум. Заволновались иностранные посланцы. Этот выпад мог относиться как к хеттам, так и к ассирийцам. Посол царя Ассирии высокородный князь Ашшур плотный коренастый мужчина испросил разрешения приблизиться к трону.
Эйе отдал приказ допустить ассирийца.
Посол был одет по ассирийской моде в длинный плащ с короткими рукавами до локтя, перехваченный золотым поясом. Его волосы и борода были тщательно завиты и напомажены. Голову венчала остроконечная шапка, отороченная мехом.
Князь Ашшур вначале пал ниц перед фараоном и поднявшись произнес:
– Могу ли я расценивать заявление повелителя Верхнего и Нижнего Египта фараона Тутанхамона, как появление неудовольствия моим царем?
– Нет, – громко ответил за фараона Эйе. – Его священное величество, повелитель Верхнего и Нижнего Египта фараон Тутанхамона, не имеет повода гневаться на царя Ассирии.
– Но присутствие в усмиренной Сирии 15 тысячной армии фараона Египта не может нас не настораживать. Тоже самое может сказать и посол царя хеттов, – не унимался ассириец.
Эйе понял, как не к месту, фараон затеял этот разговор. Он знал, что при дворе в Ниневии ассирийцы крайне обеспокоены успехами Хоремхеба в Сирии. Да и в Хаттустасе готовят армию против египтян, если солдаты фараона посмеют приблизиться к границам царства хеттов.
– Пусть наши друзья в Ассирии и Хеттии не обременяют себя напрасным беспокойством, – громко произнес он, – по поводу армии фараона в Сирии. Его священное величество со всем бы не намерен грозить нашим друзьям и союзникам. Египет верен своим договорам и его фараон блюдет мир и дружбу. А наши войска стоят только в пределах владений его священного величества фараона Верхнего и Нижнего Египта в Сирии и Палестине. И фараон карает там только тех из своих подданных князей, что обязаны данью нашему повелителю и в свое время нарушили свои обязательства.
Эйе понимал, что его слова мало убедят ассирийцев и хеттов, но пока нужно было быстро погасить напряженность. А затем он богатыми подарками сумеет задобрить послов…
После большого приема фараон удалился в свои покои, где уединился со своей женой. Но Эйе добился немедленной аудиенции.
– Он смеет требовать, мой муж! – возмутилась Анхесенамон. – Требовать у тебя у фараона!
– Но он мой чати и его обременяют государственные заботы, что могут не терпеть отлагательств.
– У моего отца великого Эхнатона никто ничего не мог требовать.
В покои вошел Эйе и простерся ниц пред фараоном. Он сразу заметил недовольный взгляд своей внучки-царицы.
– Поднимись, Эйе. И быстро излагай, что тебе нужно. Мне угодно сейчас остаться наедине с царицей, – произнес Тутанхамон.
– Государь! Послы Ассирии и Хеттии вне себя. Я под благовидным предлогом сумел их пока задержать во дворце. Но ситуацию следует быстро урегулировать.
– Но ты же им все сказал! Что еще?
– Боюсь, мой государь, что они не удовлетворены такими объяснениями. И если они уйдут отсюда в таком настроении, то к великим царям отправляться гонцы с такими посланиями, что…
– Но стоит ли бояться великому фараону царей Хеттии и Ассирии? – презрительно ухмыльнулась Анхесенамон. – Царство Египетское не склоняло головы пред этими государями, что являются нашими данниками.
– Стоит, госпожа. Еще как стоит. Царь хеттов сейчас силен и способен двинуть к границам Египта до тысячи боевых колесниц и армию в 15 тысяч человек! А если он и царь Ассирии объединяться, то ударят по Хоремхебу с двух сторон и могут раздавить его армию. И где после этого окажутся колесницы хеттов и ассирийцев, госпожа? Я скажу тебе – у стен священного города Мемфиса.
– Мы так слабы? – спросил фараон.
– Нет, государь. Но мы пока не можем ввязываться в драку с двумя могучими царями. Нам нужно время для усиления армии. И потому послов стоит одарить и успокоить. Мне нужно твое повеление для этого!
– Хорошо! Делай как знаешь моим именем! – фараон нехотя уступил Эйе и дал понять, что аудиенция окончена…
1338 год до новой эры. Тринадцатый год правления фараона Тутанхамона. В окрестностях Мемфиса
Период Засухи
Месяц Тиби
Эйе сам правил колесницей и ехал подле колесницы Нехези. Чати Тутанхамона молчал, но его секретарь отлично понимал, что его хозяин имеет что сказать.
– Ты был удивлен тем, что услышал от Вездесущего? – наконец заговорил Эйе.
– Нет, господин. Ты осторожен и это мне понятно.
– Ты стал мудрым мужчиной, Нехези. Я помню тебя мальчишкой, когда ты прибыл ко двору от почтенного Йуйя. Но теперь ты зрелый муж.
– Время течет, мой господин.
– В Саисе тебе предстоит выполнить важное поручение. Важное и опасное. Ибо если кто-то узнает о том, что ты повезешь, то твоей жизни будет малая цена. Мне придется отказаться от тебя в случае чего и признать тебя предателем. Сейчас положение при дворе у меня шаткое.
