– Господин следователь, может, вы просветите нас, на чём основано такое страшное обвинение?
Тим согласился.
– Даже если допустить, что в первый раз с опрокинутой розетки несколько капель мёда случайно попали на сыр, то во второй раз Резидентову в больнице почти во все продукты подсыпали пергу. Это установила экспертиза. На случайность уже списать нельзя.
– И на этой пыльце ваша экспертиза нашла Лизины отпечатки? – ехидно спросила Елена.
– Уверен, что мы найдём следы перги в машине, квартире или на одежде Елизаветы.
Вдова подскочила.
– То есть вы ещё ничего не нашли, а уже арестовываете Лизочку? С чего вы вообще решили, что дочь что-то подсыпала отцу родному?
Тим вытащил из папки листок и прочитал.
– Абонемент в фитнес-центр «Экстралюкс» на программу «Долой жир!» Книга «Домоводство». Набор блёсен Meeps. Сувенир «Уголь и бриллиант – братья». Статуэтка из фарфора Meissen «Цапля», белая, Германия.
Лиля ахнула.
– Цапля! Где она?
– Думаю, птичка у Лизы. Секретарша Резидентова купила, упаковала и подписала. Как босс диктовал. Матвей – «М». Лена – «Л». Лиза – «Л» и Лиля – «Л». Резидентов совершил роковую ошибку. Не проверил содержимое коробок, перед тем как их вручать. И все, кроме Матвея Хромова, получили чужие подарки.
Тим не успел договорить.
Лиля бросилась к Лизе и заорала:
– Где моя цапля? Отдавай сейчас же!
Лиза медленно поднялась. И закричала в ответ хриплым севшим голосом:
– Хрен тебе, а не цаплю! Размечталась! Мне папочка пол-лимона на дело дать жмотился, а тебе, подстилке понаехавшей, таких дорогих птичек дарил!
Разъярённые дамы уже готовились вцепиться друг в друга.
Хромов и Елена, совершенно ошарашенные, смотрели на безобразную перепалку.
Олег не выдержал. Гаркнул.
– Цыц! Сейчас в обезьянник обеих отправлю!
Девицы затихли. Расползлись по углам.
Хромов робко спросил Тима.
– Простите, я всё же не понял. Какая-то цапля, птички, перепутанные подарки…
Тим вздохнул.
– Птичка, предназначенная Лиле, по ошибке попала к Лизе. Статуэтка мейсенского фарфора. Редкий экземпляр, созданный вручную скульптором старинного саксонского бренда Паулем Вальтером в 1932 году. Стоимость – два с половиной миллиона рублей.
Хромов растерянно моргал. А вдова медленно осела и закрыла лицо руками.
Тим продолжил:
– Лиза увидела сертификат с чеком, прочитала открытку и поняла, что подарок предназначен не ей. Отец заставит вернуть. Но ведь так нужны деньги на новое дело! И Лиза нашла способ решить эту проблему.
– Ошибка Резидентова, – побелевшими губами прошептал Хромов.
«Запах падали преследовал её до тех пор, пока она не разомкнула свои тяжёлые веки». Поморщилась. Перечитала и тут же удалила. Что за чушь лезет в голову. Казалось, что вот—вот это то, что надо. Но как только предложение было готово, Елена его тут же стирала, настырно печатая новое. Знала же, что не понравится, но печатала вновь и вновь.
Все из—за него. Уже три недели как пропал. Попросту сбежал. Искать жениха, который сбежал от невесты – это какой—то водевиль. Но смеяться не хочется. На третий день позвонила. Телефон вне зоны. А что она ждала? Ни отец, Леонид Данилович, ни друг ничего не знают. Или покрывают? Мысли бегали как шальные, мешая работать.
Телефон разорвал тишину.
– Хочу предложить тебе провести творческие каникулы в милейшем отеле, – без реверансов приступила к разговору редактор. Ни здрасьте, ни как дела.
Что—то новенькое. Перечитала исправленный абзац и отвернулась, чтобы не расстраиваться.
Редактор ещё ни разу не предложила отдохнуть ей вот так, когда работа не двигалась, сроки летели, недовольство росло.
– Тебе нужен отдых, – голос Тамары Абрамовны стал заискивающим, – новые впечатления?
Стало смешно. Елена представила, как та вытянула шею, растянула губы в плебейской улыбке.
– Чем же я заслужила такое внимание. Что—то не припомню, чтобы вы, Тамара Абрамовна, так за меня волновались.
– Я же по—человечески.
– Аа—а… Если по—человечески, то понятно. – Елена улыбнулась, представила, как та обиженно надула губы. На круглом лице это выглядело комично.
– Не надо ёрничать.
А ведь она что—то не договаривает. Вон как играет. С чего бы это?
– Не имею такой привычки.
– Не хочешь ехать? Так и скажи.
– Почему не хочу. Хочу. Только это как—то неожиданно.
– Что же тут неожиданного. Я же всё понимаю. Такое пережить. – Тамара Абрамовна глубоко вздохнула и наконец заговорила без виляния. – Слухи доползли и до редактора.
Сердце защемило тут же. Захотелось бросить трубку. Шмыгнула носом.
– Ты там не раскисай, и такой случай представляется. Постарайся не упустить.
– Какой такой случай? Вы уж договаривайте, дорогая Тамара Абрамовна. Что за случай такой вы мне предлагаете? – С той стороны послышались шорохи, движение то ли кресла, то ли стула. В кабинете был кто—то ещё. – Договаривайте, дорогая Тамара Абрамовна. – Вновь шуршание.
– У нас спонсор появился. – Пауза, шум. – Предлагает путёвку для наших авторов. Я про тебя и подумала.
– Прямо так обо мне и подумали?
